Читаем И ты, Брут... полностью

Особняк, как и следовало ожидать, изнутри был еще роскошнее, чем снаружи. В просторном холле с правой стороны находился ряд дверей, из дорогого темного цвета дерева, слева — широкая мраморная лестница с двумя статуэтками у начала перил, раздваиваясь после первого марша, она вела на второй этаж. По стенам были развешаны картины, а по обеим сторонам от лестницы в нишах стояли статуи. С потолка свисала огромная хрустальная люстра, которая наверняка стоила бешеных денег.

Мы крепко-накрепко привязали парня спиной к перилам, заготовленной заранее веревкой, связали ноги, а рот заклеили скотчем, специально припасенным Чумой для этой цели. Чтобы скотч надежно держался, сделали им несколько кругов вокруг головы охранника. Парень по-прежнему не шевелился, однако в том, что он был жив, я не сомневался — пульс на его шее хоть слабо, но все же прощупывался.

— Ты чего время тянул, не вышел из ниши сразу, как только охранник появился на крыльце? — спросил я Чуму с укором.

— Растерялся малость, — признался Санек. — Но оставим разговоры, давай беги наверх за ключом от сейфа, а я во флигель сгоняю, поищу сам сейф. Там и встретимся.

Чума побежал к оранжерее, а я, прыгая через две ступеньки, помчался вверх по лестнице.

Большую часть второго этажа занимал зал. Несколько дверей у дальней стены, очевидно, вели в хозяйские покои. В зале стояла шикарная, на первый взгляд, старинная "стенка", однако, судя по новизне и дизайну, перекочевавшая сюда не из антикварного магазина, а из какого-нибудь модного мебельного салона. В середине зала в продуманном беспорядке были расставлены диваны, диванчики, кресла и два журнальных столика со стеклянными столешницами. Перед дверью, выходившей на балкон, стояла тумба, на которой размещался домашний кинотеатр. Это все что я успел заметить, пробегая мимо второго этажа.

На третьем, в длинном коридоре с выходившими на черепичную крышу окнами располагался ряд комнат. Первая же, куда я сунулся, и оказалась кабинетом. Обстановка сугубо деловая, ничего лишнего — книжные стеллажи вдоль стен, огромный стол у окна, бар и компьютер. Я обогнул стол и как предписывал Валера потянул на себя массивную ручку верхнего ящика тумбы. Заперто. Это было так неожиданно, что я поначалу опешил, но потом взял себя в руки и стал методично выдвигать ящик за ящиком и вываливать их содержимое на пол. Чего только в ящиках не было — ворохи бумаг, скоросшиватели, ручки, карандаши, блокноты, дискеты, скрепки, какие-то фотографии, журналы и много, много чего другого, но ключа ни от сейфа, ни от верхнего ящика стола не было. Мне ничего не оставалось делать, как ни с чем отправиться к Чуме.

Я выскочил из кабинета и бросился вниз по лестнице. На первом этаже привязанный к перилам охранник уже очухался. Он ненавидящим взглядом проводил мою персону, когда я в натянутом на голову чулке пробегал мимо. Что ж, ему есть за что меня не любить — после сегодняшнего случая его скорее всего уволят с работы.

Я метнулся к двери ведущей в оранжерею, распахнул ее и на мгновение замер. Если существует рай, то один из его уголков должен выглядеть именно так. В оранжерее было много света, били фонтанчики, росли чудные деревья, невиданной красоты цветы; стены, окна и потолок увивал плющ; в нескольких клетках пели птицы. Если я когда-нибудь разбогатею, то непременно разведу у себя в доме зимний сад. Теперь у меня есть мечта, ради которой стоит жить. Уклоняясь от лезших в глаза веток, я кинулся по лабиринтам сада. Достигнув конца оранжереи, поднялся по ступенькам в зал, где стояли два бильярдных стола и несколько игровых автоматов. Стенка слева была стеклянной, за ней находился круглый бассейн с подсиненной водой и кабинки, очевидно, сауны. По бокам бильярдного зала располагались четыре комнаты. Дверь в одну из них была приоткрыта. Там и орудовал Чума.

Это был кабинет, не уступавший размерами тому, что находился в основном здании дома, но отличающийся от него убранством. В нем отсутствовали книги, стоял письменный стол, шкафчик, журнальный столик, кресла, телевизор, видеомагнитофон, на стенах висели картины. Отыскивая сейф, Санек некоторые из них снял. Сейф оказался у двери слева от нее — хромированный квадрат шестьдесят на шестьдесят сантиметров с большим диском посередине и замочной скважиной сбоку. Я вошел в тот момент, когда Чума вертел на сейфе диск. Он сделал мне знак не мешать, однако сбился, выругался и принялся набирать шифр сначала. Санек нервничал, торопился, и набрать нужную последовательность цифр ему никак не удавалось. Наконец в сейфе что-то щелкнуло, и Чума облегченно воскликнул:

— Есть! Давай ключ!

— Нет ключа! — заявил я. — Ящик стола оказался заперт.

— И ты не смог его открыть?! — вспылил Чума. — Черт бы тебя побрал! Нужно было сломать этот ящик или письменный стол, или взорвать кабинет, но ключ принести! Ты понимаешь, что мы теряем драгоценное время?!..

Я тоже был взвинчен до предела и тоже наорал на Санька:

— Понимаю, и тем не менее, ключ остался в столе! А если ты такой умный, то пойди и сам добудь его!