Читаем И проиграли бой полностью

- У меня на вас жалоба. Вас обвиняют в нарушении границ частных владений. До сих пор мы вас терпели. Уговаривали на работу вернуться, а уж если надумали бастовать, то мирно. Вы же уничтожаете частную собственность, совершаете убийства. Кое-кого нам приш лось пристрелить, кое-кого - задержать, - шериф взглянул на своих спутников в кузове и продолжал. -Мы и сейчас не хотим кровопролития, мы готовы вас выпустить. Даем вам ночь, чтобы вы убрались отсюда. Покинете округ никто вас на дороге и пальцем не троне т. Но если завтра на рассвете застанем вас здесь, в лагере, пощады не ждите.

Слушали его молча. Мак что-то прошептал Лондону и тот сказал:

- "Нарушение границ" не дает вам права стрелять.

- Может быть, но "сопротивление должностным лицам" - дает. Я с вами в открытую говорю, чтоб вы знали, чего ждать. Завтра поутру мы сажаем в грузовики вроде этого сотню людей, даем каждому ружье. Еще у нас три ящика гранат со слезоточивым газом. Кое-кто из ваших приятелей может вам порассказать, что это за игрушки. Вот и все. Цацкаться с вами больше не будем. Даем вам срок до утра, чтоб убраться из округа. Вот и все. - Наклонившись к кабине, бросил:

- Поехали, Гас.

Машина медленно тронулась с места, набрала скорость...

Один из забастовщиков прыгнул в придорожную канаву, схватил камень. Но так и остался стоять, держа его в руке, а грузовик катил прочь. Люди проводили его взглядом и пошли обратно в лагерь.

- Похоже, мы получили приказ, - вздохнул Лондон. Он не шутки шутить приезжал.

- Проголодался я, пойду-ка с фасолью разделаюсь. Маку не терпелось переменить тему. Молча вернулись в палатку. Мак с жадностью принялся есть. - Сам-то поел, Лондон, а?

- Я-то? Конечно. Что будем делать?

- Бороться.

- Да, они навезут этих гранат, борись тогда, как бычок на бойне.

- Врет он все, - так неистово воскликнул Мак, что стрельнул жеваной фасолью изо рта. - Будь у него эти гранаты, не стал бы нам говорить! Он думает, мы разбежимся, не станем биться. Снимемся с лагеря ночью, они нас тут же сцапают. Разве им можно верить!

Лондон посмотрел Маку прямо в глаза.

- Не хитришь? Ведь ты сам говорил, я на вашей стороне. Не дай бог, вокруг пальца обвести меня хочешь.

Мак перевел взгляд.

- Мы должны драться! Уйдем, не хлопнув дверью, считай, напрасно столько терпели.

- Ну, а если ввяжемся в драку, много ни в чем не по винных ребят получат пулю в лоб.

Мак поставил котелок с остатками фасоли на ящик.

- Знаешь, на войне генерал понимает, что без потерь не обойтись. Так вот, у нас тоже война. Уйдем без боя, значит, с позором проиграли. - Он прикрыл глаза рукой. - Лондон, ответственность, конечно, адская. Я знаю, что нам делать, но ты вожак, тебе и решать. Не хочу всю вину на себя взваливать.

Лондон понуро бросил:

- Да, но ведь ты в этом деле собаку съел. Ты уверен, что нам лучше всего биться?

- Да, лучше всего.

- А, пропади все пропадом, драться так драться, лишь бы ребят настроить!

- Я думал об этом, - сказал Мак, - ведь они и против нас могут повернуть. Те, кто слушал шерифа, расскажут остальным, и все скопом на нас: дескать, вы эту кашу заварили.

- Я все-таки думаю, они деру дадут. Эх, бедняги, ничего-то не знают, не ведают. Ты, значит, говоришь, если и смываться, так надо прямо сейчас? А как быть с ранеными? С Бэрком, стариком и тем, что ногу вывихнул?

- Оставим здесь, - решил Мак. - Другого выхода нет. Окружным властям придется их в больницу класть.

- Схожу, посмотрю, что в лагере делается. Что-то на душе кошки скребут, - сказал Лондон.

- Не только у тебя, - подхватил Мак.

Лондон вышел. Джим взглянул на Мака и принялся за холодную фасоль с редкими волоконцами говядины.

- Будут ли и впрямь нас бить? Неужто не пропустят, если ребята решат уйти?

- Шериф-то пропустит. Только обрадуется, если мы уйдем, а вот от "бдительных" жди пакостей.

- Ужинать ребятам нечем, Мак. А если они еще и напуганы, так никакой ужин сил не прибавит.

Мак выскреб все из котелка и поставил его на ящик.

- Джим, ты выполнишь одну просьбу?

- Смотря какую.

- Солнце скоро сядет, быстро стемнеет. Ты, надеюсь, прекрасно понимаешь, что за нами будут охотиться? И еще как! Так вот, я хочу, чтоб ты, как только стемнеет, смылся отсюда и вернулся в город.

- С какой это стати?

Мак скользнул взглядом по лицу Джима и потупился.

- Я приехал сюда, сил и желания работать хоть отбавляй. А ты, Джим, стоишь десяти таких, как я. Сейчас я в этом уверен. Случись что со мной, найдется много ребят не хуже, а у тебя редкостный талант. Нам нельзя тебя терять. Если за грошовую забастовку придется расплачиваться такими людьми, как ты, - это расточительство.

- Не согласен. Нас надо в работе использовать, а не беречь. Я не дезертир. Ты сам говорил, что любое маленькое дело - частичка большого, пусть крохотная, но важная.

- Джим, тебе необходимо уйти. С больной рукой много не навоюешь. Толку от тебя в драке все равно нет. И оставаться тебе здесь незачем. Помочь ничем не сможешь.

Лицо у Джима посуровело.