Читаем И начнется отсчет полностью

В моей голове не укладывалось, как можно бездумно уничтожить столько людей.

– Я и не думаю, что наш глава Государственного совета нормален.

– Папа, – опустилась я перед ним на колени, – я постараюсь быть осторожной и верю, что все будет хорошо.

Отец погладил меня по голове.

– Ты моя младшая дочь, самый лучший ребенок в семье. Николаю еще только предстоит стать личностью, а тобой я уже могу гордиться. Зря я тогда оставил тебя одну в поместье.

Я поднялась на ноги.

– Знаете, папа, я думаю, что все должно было случиться именно так, все сложилось так, как должно было сложиться.

– Ты говоришь, как творец, – грустно улыбнулся отец.

– Я и есть творец.

– Единственный вопрос, который меня еще волнует: будешь ли ты счастлива с Разинским? Уверена ли ты в своем решении?

– Да! В этом я ни минуты не сомневаюсь.

– Тогда мне остается лишь пожелать тебе счастья.

– И я постараюсь все для этого сделать…

* * *

К отделу аналитиков мы прибыли, едва не опоздав. В руках я сжимала письмо для Владимира и торопилась как можно скорее попасть внутрь.

– Ольга, не суетись. Нам нужно быть очень осторожными, чтобы не попасться на глаза охранникам.

– Не переживай. Емельянов не зря выбрал этот час для проникновения в отдел. В это время у охранников пересменка, можно улучить момент, чтобы проскользнуть внутрь.

– А ты хорошо знаешь устройство и порядки у аналитиков.

– Не забывай, я здесь училась.

– Но если сюда так легко можно проникнуть, то зачем нам твой знакомый?

– Доступ к архиву имеют лишь практикующие аналитики, и помощь нам не помешает, можешь мне поверить.

Войдя с черного хода, мы осторожно и тихо пробрались по лестнице в самый дальний корпус, и прошли по коридору к архиву. Документы не разрешено было выносить, и аналитики могли работать только здесь, часто задерживаясь в читальном зале допоздна.

В большой комнате с картинами на стенах, уставленной деревянными столами и стульями, горел лишь один канделябр – на столе, за которым сидел Владимир.

– Добрый вечер, – привстал и поклонился Емельянов, пристально рассматривая меня и Алексея. – Хранилище открыто, вы можете ознакомиться с любой информацией.

– А вы пока побудете здесь? – спросила я, передавая конверт Владимиру.

Не уверена, что даже с моими советами он найдет путь к сердцу моей сестры. Хотя Светлана после нашей последней ссоры немного притихла и старалась избегать меня, но, боюсь, ее ничто не изменит.

– До полуночи как минимум.

Кивнув, я направилась внутрь самой ценной комнаты в здании аналитиков, да и всей корпорации. Вдоль огромного помещения стояли деревянные шкафы, в которых располагались книги с хронологией и описанием событий согласно дате.

Работы предстояло немало. Требуется много времени, чтобы рассчитать заказ, даже такой простой, как у меня.

Время медленно текло, а я старалась не спешить, чтобы не допустить ошибок при анализе. И вот, после четырех часов скрупулезных изучений записей, я завершила заказ. Расчет был сделан, оставался вопрос только о времени перемещения.

Убрав все за собой и направившись к выходу, я вдруг услышала голоса. Первый принадлежал Алексею, а вот второй… Георгию.

– Лемнискату стала для тебя домом. Как же ты смог ее предать? – услышала я возмущенный вопрос Алексея.

– Лемнискату? Домом? Корпорация – это прибежище для таких мутантов, как вы. Раньше вас сжигали на кострах, и это было правильно! Но теперь вы прибрали всю власть к рукам, возомнили себя полубогами. Но вы всего лишь уроды.

– Ольгу ты тоже считаешь такой? Я же знаю, что ты влюблен в мою невесту.

– Твоя невеста?.. – нерешительно пробормотал Георгий. – Ольга прекрасна, но она мешает отцу… и значит, должна умереть. Я просил за нее, но судьба сложилась иначе.

– Председатель Совета… твой отец? – растерянно проговорил Разинский.

Я и сама была немало удивлена.

– Не только ты незаконнорожденный. Но я, в отличие от тебя, благодарен своему отцу и на все ради него готов. Ты ведь не знаешь, что именно твой отец просил императора приблизить тебя к трону и оказывать благосклонность. Без него ты был бы заштатным аристократишкой. Но такие, как ты, никогда не видят добро.

– Много ты знаешь, предатель! Твой отец убил множество невинных людей.

– Это вы – невинные?! Я работаю в корпорации давно и прекрасно знаю, что вы – палачи и убийцы. Мой отец тоже давно это понял, и долгие годы вынашивал план нейтрализации Лемнискату. Уговорил отца Ольги на исследования, и когда яд был готов, оставалось найти благовидный предлог. Нападение на тебя дуовитов подкинуло ему идею, а уж когда они напали на приеме корпорации и чуть не убили Ольгу, план начался приводиться в действие, начался отсчет времени, которое вам осталось.

– Тогда он пришел в Лемнискату с неурочным визитом… – начал сопоставлять события Алексей.

– Да, все было просто. Указав причину нападений, снимающую с правительства все подозрения, он посеял недоверие и рознь между вами. Спровоцировал раскол корпорации. И пока князь ездил и улаживал проблемы, которые создавал мой отец, вы не доверяли друг другу и отдалялись.

– А потом все пошло не по плану? – хмыкнул Разинский.