Читаем И дух наш молод полностью

В день штурма Зимнего дядя Костя оказался в секторе действия моего отряда, у Главных ворот Генерального штаба. Путиловцы подвезли орудия с намерением немедленно открыть огонь по дворцу. И тут вмешался Еремеев. Он разрешил стрелять только из одной пушки. А инструктировал орудийный расчет так:

- Ребята, сынки, товарищи дорогие, наведите хорошо, чтобы снаряд ударил по пулеметам. Это сразу отрезвит господ министров. Смотрите только: не ахните в колонну.

- Зачем в колонну? - рассмеялись артиллеристы. - Мы аккуратно, в самое что ни есть гнездо пальнем. Не беспокойся, дядя Костя.

Надо было видеть, с каким вниманием следил он за полетом первого снаряда. Снаряд попал в цель, не задев колонну. Дядя Костя крякнул от удовольствия и побежал от нас к Марсову полю.

Скрыпник Николай Алексеевич, старый член партия. Я хорошо помню его по работе секретарем Центральною Совета фабзавкома Петрограда. Он охотно выступал перед рабочими Нарвского района. Оратор темпераментны и, страстный. Хорошо помню его выступление 1 августа на VI съезде партии. Вместе с Дзержинским он провел исключительно большую работу по вооружению рабочих отрядов в дни корниловского мятежа. А в октябрьские дни Николай Алексеевич отвечал за снабжение и продовольствие, проявляя чудеса изобретательности.

Не могу не вспомнить в этом списке Константина Александровича Мехоношина, члена партии с 1913 года. Костя Мехоношин - мой старший товарищ и друг. Мне, как уже известно читателю, часто приходилось выполнять его поручения. Скромный, неутомимый труженик, прекрасный организатор, он был верным, надежным помощником Подвойского. Мы не представляли Подвойского без Мехоношина и Мехоношина без Подвойского, настолько они дополняли друг друга. Оба отличались исключительной выдержкой, скромностью, добротой, непреклонной строгой требовательностью и неутомимостью в работе.

В комнатах, где располагался Военно-революционный комитет, я часто встречал Антонова-Овсеенко, тонколицего, длинноволосого, в пенсне; Павла Дыбенко, будущего моего командующего, огромного, бородатого, с глазами лешего на спокойном, очень выразительном лице.

В коренастом, широкоплечем бородатом солдате я не сразу узнал Крыленко: два тюремных месяца даже для него не прошли бесследно. Он реже улыбался, стал скупее на жесты, резче, требовательнее звучали его приказы.

Члены ВРК - в большинстве большевики-ленинцы чистой пробы. Как сказал поэт, "гвозди бы делать из этих людей - в мире бы не было крепче гвоздей".

По примеру Петроградского ВРК вскоре были созданы революционные комитеты во всех районах города и во многих других городах страны. В своей деятельности военно-революционные комитеты опирались на Советы в тылу и комитеты на фронте, на революционные гарнизоны, на Красную гвардию, на политическую сознательность и революционный порыв, волю трудового народа.

А трудовой народ рвался к революционным действиям, чтобы смести вконец опостылевшее Временное правительство. Весьма наглядным примером этих настроений был съезд Советов Северной области, на котором я присутствовал 11 и 13 октября.

На съезд в Петроград прибыли посланцы Советов Петрограда, Ревеля, Кронштадта, Выборга, Гельсингфорса, Архангельска и даже Москвы. Показателен состав съезда по партийной принадлежности. Из 94 делегатов - 51 большевик, 24 левых эсера, 10 правых эсеров, меньшевиков - всего 5.

Съезд прошел под знаменем борьбы за Советы.

В докладах и выступлениях Крыленко, Дыбенко, Антонова-Овсеенко и других, в решениях съезда подчеркивалось, что время слов прошло, настало время решительных действий.

Ленин придавал съезду большое значение. Восьмого октября он прислал "Письмо к товарищам большевикам, участвующим на областном съезде Советов Северной области". Подвергнув всестороннему анализу внутреннюю и международную обстановку, Ленин указывал на необходимость немедленной подготовки вооруженного восстания. "Промедление смерти подобно, - писал Ленин. - Лозунг! "вся власть Советам" есть лозунг восстания... А к восстанию надо уметь отнестись как к искусству, - я настаивал на этом во время Демократического совещания и настаиваю теперь, ибо этому учит марксизм, этому учит все теперешнее положение в России и во всем мире"{121}.

Письмо Ленина обсуждалось утром 11 октября на фракции большевиков. Оно легло в основу резолюций съезда.

"Спасти народ, - сказано в одной из резолюций, - может только немедленный переход всей власти в руки органов революции - Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, в центре и на местах..."

"...Съезд, - говорится в другой, - предлагает местным Советам, следуя примеру Петроградского Совета, создать военно-революционные комитеты для организации военной защиты революции. Съезд призывает солдатские массы сплачиваться вокруг Советов, следовать во всем указаниям этих революционных организаций"{122}.