Читаем И дух наш молод полностью

Нет худа без добра. Из корниловского худа, из ожесточенной схватки с контрреволюцией рабочая, солдатская и крестьянская массы вышли с удесятеренными силами. Разгром корниловщины особо сказался на Красной гвардии, придал ей новый размах, новые крылья.

В те дни я работал старшим инструктором по военной подготовке Нарвского района, одновременно сотрудничал в инструкторском отделе "Военки" при ЦК партии. По заданию этого отдела и К. А. Мехоношина занимался в частях гарнизона подбором, вербовкой и проверкой инструкторов. И в то же время по-прежнему служил как бы связующим звеном между "Военкой" и рядом заводов.

Центральный Комитет нашей партии, по указанию Ленина, каждодневно осуществлял непосредственное руководство организацией и вооружением сил революции.

18 сентября мне довелось быть свидетелем и участником одной интересной встречи путиловских большевиков с Я. М. Свердловым. Яков Михайлович стал подробно расспрашивать путиловцев: сколько создано отрядов Красной гвардии, как они вооружены, как идет боевая подготовка, сколько на заводе военных инструкторов, каких и сколько пушек завод изготовляет, есть ли люди, умеющие стрелять из пушек.

Старый кадровый рабочий Швецов сказал, что он лично отвечает за агитационную работу, секретарствует в заводском комитете и на все вопросы не может ответить, в частности, ему неизвестно, сколько орудий и каких систем выпускает сейчас завод. Остальные делегаты знали немногим больше Швецова. Все свелось к общим сведениям об отрядах и заверению ЦК партии в стойкости, боеспособности путиловской Красной гвардии.

- Недалекий у вас прицел, под ноги смотрите, товарищи, - недовольно поморщился Яков Михайлович. - Давно уже прошло время голой агитации и разговоров. Нужны практические действия. Нужно со всей тщательностью готовиться к вооруженному восстанию. Вашему заводу вдвойне нельзя отставать: крупнейший в столице и притом - пушечный. На вас равняются и другие.

Критику путиловцы восприняли без обиды. 19 сентября Швецов и Богданов познакомили собрание актива работников Нарвской районной партийной организации со всеми замечаниями и предложениями Я. М. Свердлова. На этом собрании обсуждались и письма Ленина, присланные Центральному, Петербургскому, Московскому комитетам партии. Ильич, зорко следивший за ходом развития революции, писал, что момент для решительного выступления вполне назрел. "Получив большинство в обоих столичных Советах рабочих и солдатских депутатов, большевики могут и должны взять государственную власть в свои руки"{118}.

С гениальной прозорливостью Ильич разгадал планы контрреволюционного Временного правительства, собиравшегося сдать Петроград немцам, с тем чтобы при помощи немецкого империализма задушить, утопить в крови революционный пролетариат столицы. Только решительное вооруженное выступление, к которому неустанно призывал Ильич, могло сорвать планы контрреволюции.

- Хватит резолюций, - в ответ на письма Ленина заявляли в один голос путиловцы, тильмансцы, представители других заводов. - Их столько напринимали - дальше некуда. Пора браться за оружие.

До глубокой ночи большевики Нарвского района обсуждали, как практически осуществить требование, призывы вождя партии. На собрании были намечены основные и первоочередные задачи: укрепить рабочие отряды членами партии, активистами; расширить, усилить контакты с воинскими частями, чтобы в нужный момент с оружием в руках выступить против буржуазного Временного правительства; путиловцам исподволь готовить пушки.

За Нарвской заставой после этого собрания подготовка к вооруженному восстанию развернулась полным ходом, о чем я с большой радостью докладывал руководству "Военки".

Отряды Красной гвардии собирались теперь открыто. Путиловцы, рабочие других заводов приходили прямо в цех с винтовками, ставили их у станков, готовые в любую минуту по первому сигналу выступить.

В Красную гвардию поступали все новые и новые бойцы. Обучить их в считанные дни, реорганизовать, привести в боевую готовность дружины Красной гвардии - такую задачу ставил перед нами, командирами, военными инструкторами, Н. И. Подвойский. За Нарвской заставой насчитывалось тогда до десяти тысяч винтовок и револьверов. На Путиловском заводе каждый пятый рабочий имел оружие. В любой момент заводские комитеты могли поднять свыше десяти тысяч вооруженных рабочих, один путиловский - больше пяти тысяч. Это были люди, полные решимости драться, а если понадобится - умереть за пролетарскую революцию. Но большинство из них не имели боевого опыта. Многие с горем пополам заряжали винтовку. И, бывало, чуть поднажмешь - обижаются, начинают пререкаться: "Это тебе не старый режим".

Приходилось объяснять: в военном деле на одном революционном порыве далеко не уедешь. Нужна дисциплина, дисциплина и еще раз дисциплина.