Читаем i a67d2e74672313ea полностью

Фред Коттон подтверждает эти слова: “Клифф расширил знания Джеймса в том,

что касалось мелодий и гармоний и всё в таком духе, в этом состояло его большое

влияние. Он вставлял риффы здесь и там, и хотя музыка в основном писалась Джеймсом,

остальные члены группы высоко ценили вклад Клиффа в музыку”.

Рон Куинтана вспоминает: “Металлика вернулись из турне в сентябре 1983 года,

привезя с собой «Raven» на три концерта. Затем, в канун Хэллоуин, они сыграли большой

известный концерт с Риком Бёрчем, который находился на сцене с кувалдой. У них почти

были готовы песни для следующего альбома”.

Одно из первых интервью, что Клифф дал на данном этапе карьеры, состоялось

после выступления в Нью-Йорке на «WCSV» примерно в то же время. В своей обычной

медленной, вдумчивой манере, он поделился воспоминаниями о своей карьере бас-

гитариста. “Прошло примерно восемь лет, плюс-минус год. Моими основными

вдохновителями являются Гизер Батлер, Гедди Ли, Стэнли Кларк, Ульрих Рот, Джимми

Хендрикс, Тони Айомми…нет, не Ингви…Ричи Блэкмор и Эд Кинг, старый гитарист из

«Lynyrd Skynyrd», он офигенно играет, этот чувак”.

О «Megaforce» он сообщил: “Это лучший лейбл во вселенной, и мы не ищем для

себя ничего лучше…По правде говоря, существует небольшой недостаток денег, но в этом

направлении есть некоторые подвижки. Они выполнили большинство своих

обязательств…Мы занимаемся тем, что хотим делать. Если люди считают, что мы

продаемся, пусть думают, что хотят. Мы не пытаемся быть крупной или модной группой,

понимаете, мы всего лишь делаем, что считаем нужным, и хотим, чтобы так

продолжалось и дальше”.

Когда его спросили о ближайшем будущем Металлика, он рассказал о том, что они

готовы к записи своей второй пластинки, на этот раз не в Соединённых Штатах, а в

Копенгагене, столице Дании. “Похоже, что мы собираемся ехать в Европу и попить

хорошего пива, поиграть с «Venom», поиграть с «The Rods». Просто поехать за границу,

надрать зад всем этим европейцам и записать второй альбом. Посмотрим…мы планируем

записать этого сукиного сына в марте, в студии «Sweet Silence» в Копенгагене, там где

«Rainbow» записали три последних альбома”.

88

TO LIVE IS TO DIE

Заявленные таким образом карьерные планы Металлика казались простыми и

даже несколько приземлёнными: записать альбом, провести турне, попить пива,

повторить. В реальности, имея преимущество взглянуть в прошлое, мы знаем, что 1984

стал годом прорыва группы на международную арену, годом, в котором был выпущен

альбом, полностью изменивший роль бас-гитары в хэви-метал. Группу ожидали более

чем серьёзные времена. Доходы от турне увеличивались, равно как и денежный ручеёк от

продажи “Kill ‘Em All”, количество проданных по всему миру копий которого

перешагнуло порог в 60,000, несмотря на первоначально лимитированный выпуск в

пятьсот копий, изданных «Megaforce» и постоянно испытывавшим финансовые

сложности, Металлика также становились полноценной гастрольной единицей.

В соответствии с этим движением к новому уровню профессионализма, Клифф

обзавёлся своим первым серьёзным роуди, Джоном Маршаллом, гитаристом, некоторое

время игравшим в группе «Metal Church» и человеком, который будет сопровождать

Клиффа до последних секунд его жизни.

“Я был гитарным техником Кирка и общим техником в «Exodus», вот так он

перетащил меня в лагерь Металлика” – говорит сегодня Джон. Он рассказывает о том, что

достаточно хорошо узнал Клиффа. “С мелодической стороны он являлся безусловным

вдохновителем остальной части группы, кроме того он был большой частью души

группы. Если один из других участников говорил: ‘Я не уверен, стоит нам это делать или

нет’, он обычно отвечал: ‘К чёрту! Мы не будем этого делать’. Джеймс неоднократно

заявлял, что Клифф вдохновил его на то, чтобы прикладывать больше усилий для

достижения того, к чему они стремились, а вместе с тем играть жёстче и быстрее.

Металлика всегда являлась группой Ларса и Джеймса, и решения по-прежнему

принимали ими, но Клифф при этом служил для них вдохновением”.

Как и многие другие, Маршалл может рассказать о Клиффе только хорошее. “Он

следовал собственным правилам и не обращал внимания на других. Он никому не лгал, и

если он думал, что ты делаешь что-то неправильно, он просто говорил тебе об этом. Не

было никакого чудачества или политкорректности, он просто говорил, что чувствовал,

что было так ново. Мне бы хотелось, чтобы многие люди были такими. Музыка струилась

внутри него словно поток. Он завладевал радио, когда я садился с ним в машину, и

выстукивал мелодии по окнам, дверям и по приборной доске”.

Джон говорит, что Клифф не был похож ни на одного человека из тех, что он