Читаем i a67d2e74672313ea полностью

говорит мне Алекс. “Он понимал теорию музыки и умело применял свои знания; у него

была превосходная техника; и что ещё важнее, у него был собственный стиль игры на

инструменте. Мне кажется, что как музыкант и как личность, Клифф не боялся быть

другим, и нам всем было чему у него поучиться”.

К другим музыкантам с чисто бёртоновским влиянием относятся Скотт Патрик из

«Order of Ennead», Байрон Страуд из «Strapping Young Lad» и «Fear Factory», Тони Чой (и

его предшественник Роджер Паттерсон) из «Atheist», Шон Меллоун из «Cynic», Эрик

Лэнглойс из «Cryptopsy», Дик Ловгрен из «Meshuggah» и Дерек Бойер из «Suffocation».

Ни у одного из перечисленных музыкантов не было такого послужного списка, как у

Клиффа, и большинство из них играют в жанре техничного дэт-метал, более скоростной,

более тяжелой, и в общем смысле более сложной территории музыки, чем та, что

исполнялась Металлика, но у всех из них есть одна общая черта – феноменально искусная

игра на инструменте, абсолютно непревзойденное понимание теории музыки, и звук,

такой же уникальный, как у Клиффа. Все эти музыканты упоминают Клиффа как

человека, повлиявшего на них в большей или меньшей степени.

Не беря во внимание мир бас-гитары и хэви-метал сцену, жизнь и смерть Клиффа,

безусловно, оказала огромное влияние на его друзей и семью. Гарольд Оймэн принёс

фанатам Металлика огромную пользу, взяв интервью у Джэн и Рэя Бёртонов через год

после смерти Клиффа и опубликовав его. Джэн, которая умерла в 1993 году и Рэй,

который живёт в доме престарелых к северу от Сан-Франциско на момент написания

книги, были завалены потоком писем от фанатов Клиффа, и получили радость от

каждого из полученных писем.

Как сказала Джэн: “Я очень хочу поблагодарить их всех за письма, и за то, что я

считаю миром хэви-метал и миром Металлика, за то, что впустили нас в свои сердца.

Здесь, год спустя, я до сих пор получаю письма! Это настоящая любовь и чувства, вот что

действительно помогло нам за последний год. Я не могу и выразить, насколько это важно

для нас. Я отвечаю, они пишут мне снова, и у нас даже идёт небольшая переписка. Это

процесс выздоровления, любовь, которую даёшь и получаешь взамен”.

Тем временем Рэй отдал должное мужеству своего последнего сына. “Я могу лишь

восхищаться им и любить его, как это делают Кирк, Джеймс и Ларс. Они были отличной

командой. Он занимался тем, что ему определённо нравилось, и получал удовлетворение

от своей работы. Очень жаль, что этому не суждено было долго длиться. Во многих

письмах говорится, что память о нём будет жить вечно”.

Гарольд Оймэн рассказал мне, что после того, как он взял интервью, новый поток

сообщений обрушился на Джэн. “Поэтому ей стало хорошо от мысли о том, что музыка

Клиффа затронула стольких людей. Корин Линн была посредником этого интервью: они

пригласили меня на обед к себе в Кастро Уэлли, и я всегда поражался тому, какими

приятными людьми они были. Они были самыми лучшими людьми на свете, и я думаю,

именно поэтому Клифф стал таким клёвым парнем”.

194

TO LIVE IS TO DIE

Когда ты разговариваешь с чьими-то родителями, говорит Гарольд, становится

понятным, почему их дети такие, ты видишь, что у них много схожих качеств. “Короткое

время мы с Джэн руководили вместе одной хэви-метал группой. Это была местная группа

из Кастро Уэлли под названием «Snyper». Думаю, мы организовали им несколько

выступлений и сделали их снимки, надпись на которых гласила “Джэн О Менеджмент”,

то есть она была Джэн, я был О, сокращенно от Оймэн. Это длилось всего несколько

месяцев. Она просто хотела на некоторое время приложить руку к музыкальному бизнесу,

пока это дело не провалилось, и они не переехали в Грасс Уэлли”.

Ларс, Джеймс и Кирк убедились, что Джэн и Рэй находились под присмотром после

смерти Клиффа. Гарольд: “Они видели, как родители Клиффа получили его вещи,

включая некоторые золотые и платиновые пластинки, которые получила группа. Джэн и

Рэй сказали, что хотят поблагодарить Металлика от всего сердца, потому что каждый

участник группы был таким любящим и заботливым, а также уважительным, взяв на себя

заботу о финансовой части”.

К сожалению, рак, с которым Джэн боролась перед гибелью Клиффа, вернулся в

90-х годах. Гарольд вспоминает: “Это было ужасно, хуже и представить нельзя.

Большинству людей было просто не по силам справиться с этой болезнью, однако она

прожила на три года дольше, чем ей предсказывали доктора, потому что она была бойцом

по духу. Когда все было сказано и сделано, и она умерла, оказалось, что то, что она

прожила столько, было действительно чудом. Он была школьным учителем в «Маршалл

Скул Элементери» в Кастро Уэлли, где находится мемориальная доска Клиффу с именной

табличкой, за баскетбольным полем. Это такое крохотное местечко, что если бы вы не