Читаем i 8e8e7994a237c5f3 полностью

Неожиданно крик повторился прямо на его пути, где-то в скалах. Чеслав дернулся, словно запнувшись. Окружили! Через мгновение он уже бежал вправо, там тоже скалы, лишь бы уйти с равнины, тут он всем виден, а в скалах попробуй найди. Крики раздавались уже со всех сторон, в том числе и оттуда, куда он бежал. Но сворачивать уже некуда, поэтому он просто выжимал из себя все силы. Спасительные скалы придвинулись вплотную и голоса раздались совсем рядом, в нескольких метрах над ним торжествующе заорал черноголовый. Чеслав рванул правее, ища какой-нибудь узкий проход, где эти бугаи за ним не протиснутся, и влетел прямо в руки черноголовому. Здоровенный детина, под два метра ростом, схватил его одной рукой за горло, а второй за плечо. Чеслав захрипел, свободная рука зашарила за спиной и через секунду в подбородок черноголовому вошло древко болта, застряв где-то в мозгах. Хватка ослабла и Чеслав, шумно выдохнув, повалился на землю. Крики приближались, он снова вскочил и побежал между скал. Почти сразу открылось довольно ровное место, с другой стороны туда спускались несколько десятков черноголовых. Попался, мелькнула мысль в раскалившейся от бега голове. Взгляд Чеслава зашарил по скалам, ища укрытие. Слева под самой скалой темнел узкий провал. Чеслав бросился туда. Щель была узкой, втиснуться удалось только боком, зато длинной, края не видны, и глубокой. Чеслав полез дальше вглубь, стараясь заползти достаточно глубоко, чтобы преследователи не достали ни мечом, ни копьем. Через немного сверху возбужденно загалдели, щелкнул арбалет, но болт полетел совсем не туда. Все-таки ночь на улице, рябая луна почти не дает света, позволяя увидеть на открытом месте человеческий силуэт, но в узкую щель ей не дотянуться.

Чеслав полз все глубже, пока стены не сблизились до предела. Попробовал ползти вбок, но через несколько метров путь перегородили каменные выступы. За ними вроде свободно, Чеслав вытащил треугольный, больше похожий на напильник, нож, найденный в зиккурате, и попытался подковырнуть один из камней, но тщетно. Скала хоть и раскололась от чего-то, но камень свою твердость не потерял. Чеслав нашел самое глубокое место, и примостился под выступом, прикроющем в случае выстрела. Пускай ждут - во фляжке на две трети воды, в рюкзаке еды чуть ли не на неделю. Одному двенадцатилетнему мальчишке нужно намного меньше чем сотням здоровенных уродов. В щель еще несколько раз выстрелили, стальные наконечники выбили искры из камня, но все не там. А если какой и стрельнет случайно куда надо, выступ - хорошая защита.

Чеслав наконец отдышался, кровь перестала бить по вискам. Он свинтил крышку у фляги и сделал скупой глоток. Через полчаса сверху заметались рыжие отблески, один из черноголовых сунул в щель факел, и среди каменных изломов заплясали ломаные тени. Чеслав увидел лоснящуюся темную рожу, на которой играли блики, но черноголовый ничего разобрать не смог и ушел. Наверху стихло, но Чеслав хорошо знал повадки своих врагов и вылезать не собирался. Через пару часов начало светлеть. Чеслав сделал еще один глоток и сжевал пару галет. Наверху было все также тихо, и он провалился в дремоту, в чуткое полузабытье, из которого его через какое-то время вывели голоса. Черноголовые видимо поняли, что не дождутся свою жертву и, заглядывая вниз, что-то обсуждали. Потом лица исчезли, а голоса немного отдалились. Будут ждать, решил Чеслав, но у черноголовых были другие планы. Они подтащили к трещине большой котел и опрокинули его. Вниз полетел поток воды, немного попало на ногу Чеславу. Он дернулся, но крик сдержал - ублюдки решили обварить его кипятком. Наверху несколько секунд прислушивались, потом заспорили. Голоса препирающихся перешли на крик, видимо они не могли решить, что делать дальше. Воды мало, догадался Чеслав злорадно. Лейте, лейте, быстрее сами от жажды сдохнете. Вспомнив о жажде, Чеслав снова достал флягу, отпил немного, а заодно и перекусил. Спорящие ушли, а через немного в трещину полетела земля. Чеслав сначала посмеялся глупости черноголовых, но быстро понял, в чем заключается новый план. За час земля закрыла дно трещины ровным слоем, и ему пришлось спихивать ее с себя, чтобы не задохнуться. Еще через пару часов его положение стало угрожающим - земля засыпала трещину больше чем на полметра, спихивать ее уже не получалось. Нужно было подниматься выше, но покинуть защиту уступа тоже верная смерть. Его расстреляют в тот же миг. Чеслав вытянул руку вверх и начал трамбовать падающую землю, сооружая узкую воронку над головой. Земля то и дело осыпалась, заполняя глазницы, тут же начинавшие слезиться, лезла в рот, мешаясь со слюной и становясь жидкой грязью. Чеслав отплевывался, но земля осыпалась снова и снова, залезая в уши, в нос, всюду, куда только можно залезть. Он сдерживал кашель, стискивая зубы, тело тряслось, как у припадочного, но черноголовые наверху не услышали ни единого звука.