К этому я хотел бы добавить ещё несколько слов. Все, кого я любил более всего на свете, объединились вместе со мной в нашем святом ордене и удостоились привилегии получать наставления от великого учителя. Затем гуру обратился ко мне: «Наду, сын мой, я сделал для тебя всё, что мог. Сегодня я исполнил твоё самое сокровенное желание. Пока ты должен продолжать своё служение как глава семьи и отец. Дети останутся с тобой ещё на пять лет, а потом ты приведёшь их ко мне. Тем временем расскажи им о деятельности Братства и помоги как можно лучше понять религию и философию нашего народа. Когда ты выполнишь свою задачу как глава семьи, ты займёшь более высокое положение в ордене. А до тех пор да будет с тобой благословение вечного Владыки Владык».

На следующий день мы вернулись в Дхарапур, и с этого момента в нашем доме воцарилась новая атмосфера. Вся наша последующая совместная жизнь проходила в духе учения благословенного гуру.

ИСКУПЛЕНИЕ РАБУ

Однажды вечером, когда я работал в своей лаборатории, ко мне пришли Шункар Дас с женой. Добрая женщина была очень обеспокоена состоянием здоровья своего третьего внука. А дело было вот в чём. Когда ребёнок родился, семейный астролог предупредил родителей, что мальчик может умереть, когда ему исполнится шесть лет. Роковой момент приближался, а тут, как назло, малыша Рабу поразила какая-то непонятная тропическая болезнь и он потерял способность усваивать пищу.

Миссис Дас принесла гороскоп внука и, развернув его передо мной, попросила по расположению планет определить причину болезни и средство её излечения. К сожалению, я был не слишком сведущ в такого рода делах, хотя не раз видел, как гуру изучал гороскопы своих учеников.

Я попросил миссис Дас оставить у меня гороскоп Рабу, пообещав ей, что я сосредоточусь на здоровье её внука во время своей вечерней медитации. Кроме того, я велел ей на следующее утро привести ребёнка в больницу, чтобы мы провели там полное обследование. И поскольку вся семья безоговорочно верила в мои профессиональные способности, они удалились, немного успокоившись и унося в душе некоторый проблеск надежды.

После ухода господина и госпожи Дас я занялся изучением гороскопа и несколько раз прочитал раздел, где говорилось о здоровье мальчика. Там было множество странных символов и рисунков, смысл которых был мне едва понятен, но все они указывали на серьёзную болезнь, которая могла оказаться смертельной. Обрадованный тем, что предсказание смертельного исхода болезни не было однозначным, я, оставив на столе развёрнутый свиток с гороскопом, вознёс Богу краткую молитву, умоляя его наделить меня мудростью, дабы я смог спасти жизнь внука госпожи Дас. Когда я закончил молитву, было уже довольно поздно. Заперев дверь лаборатории, я поспешил в дом.

Проходя по нашему маленькому саду, сплошь залитому лунным светом, я услышал глухой звук от ударов обитого железом посоха по пыльной дороге, а затем увидел медленно приближающегося монаха нищенствующего ордена. Высоким тонким голосом он монотонно пел древние ведические гимны. Для святого человека было довольно необычно оказаться на улице в столь поздний час, и я, зная это, остановился около ворот на тот случай, если монах попросит что-нибудь поесть.

Через несколько минут монах, широко и тяжело ступая, подошёл к нашим воротам, и я смог лучше его разглядеть. Это был очень высокий, грузный человек с похожей на львиную гриву копной тронутых сединой волос. Одеждой ему служил кусок белой ткани, один конец которого был закручен вокруг плеча.

Он без колебаний вошёл через ворота в сад и направился прямо к тому месту, где я стоял, скрытый тенью одного из огромных деревьев. Его приветствие было простым и кратким: «Да защитит тебя Святое Слово, сын мой». Я наклонил голову и ответил: «Да благословит вас Великая Мать, почтенный господин».

Затем, согласно обычаю, я осведомился, не нуждается ли он в пище или ночлеге. Монах покачал головой: «Я отправился в длительное путешествие, и оно ещё не закончено. Мне ничего не нужно».

Пока мы стояли в свете луны, я заметил лёгкое мерцающее сияние вокруг головы и плеч монаха и понял, что передо мной был самый настоящий святой. «Как это случилось, почтенный господин, — спросил я его, — что вы удостоили меня чести тем, что ступили на землю моего сада?» Аскет опёрся на свой посох и ответил: «Этой ночью ко мне долетела мысль из этого дома; из неё я узнал, что Наду Чаттерджи, ученик нашего святого ордена, просит помочь ему исцелить от болезни третьего внука Шункара Даса. Так ли это?»

«Да, это так, почтеннейший господин, — ответил я, — и я приветствую вас от имени моего благословенного гуру и умоляю вас помочь мне спасти жизнь этого малыша».