Читаем Гунны полностью

Разгромив римскую армию, готы под предводительством Фритигерна осадили Адрианополь. Правда, город так и не был взят. Но вскоре, по сообщению Марцеллина, который и раньше упоминал гуннов и алан в составе готских орд, к готам вновь «присоединились воинственные и храбрые гунны и аланы, закаленные в боевых трудах». Объединенные войска варваров двинулись на Константинополь, «неисчислимые сокровища которого возбуждали их грабительские инстинкты». Город спасло чудо: в нем случайно оказался отряд союзников-сарацинов, которые имели обыкновение прямо на поле боя пить кровь из горла поверженного врага. Этот обычай (по крайней мере, по утверждению Марцеллина) внушил такой ужас осадившим Константинополь варварам, что они оставили мысль о сокровищах столицы и «рассыпались по северным провинциям»259, дойдя до самого подножия Юлиевых Альп, которые в древности назывались Венетскими260.

Значительная часть гуннов вскоре после битвы при Адрианополе, вероятно, обосновалась в Среднедунайской низменности, в том числе в Паннонии, точнее, в какой‐то ее части.

Вся Паннония гуннам не принадлежала никогда. Здесь долгое время обитали готы, аланы и сарматы, вандалы, гепиды…

В 396 году в Паннонии Приме на правах федератов261 были поселены маркоманы. Здесь всегда сохранялось какое‐то количество римских городов и гарнизонов. Здесь существовали земледельческие поселения – во времена гуннского владычества они могли находиться под властью гуннов, но там продолжали жить люди, которые появились в этих местах значительно раньше. Четких границ между всеми этими группами не существовало. И готы, и гунны периодически договаривались с империей о том, что какая‐то часть Паннонии будет им отдана для поселения, порой они теряли эти земли, потом получали или захватывали новые. Административно историческая область Паннония была разделена на несколько провинций. Но реальная карта Паннонии постоянно перекраивалась. Позднее, во времена Аттилы, Паннония стала сердцем его державы, хотя при этом главная ставка вождя находилась на другом берегу Дуная.

По поводу того, когда гунны избрали эти земли ядром своего кочевого государства, существуют разные точки зрения – некоторые считают, что Паннонию гунны получили лишь в 425 году от римского военачальника Аэция, которому они помогали в войне с готами262. Но в хронике Марцеллина Комита (не путать с Аммианом Марцеллином) под 427 годом идет следующая запись: «Паннонские провинции, которые удерживались в течение 50 лет гуннами, были возвращены римлянами»263. И это значит, что гунны осели в этих местах еще в 377 году (а скорее, в 378‐м, после битвы при Адрианополе).

Примерно о том же пишет Иордан: «В двенадцатый год правления Валии гунны были изгнаны римлянами и готами из Паннонии после почти пятидесятилетнего обладания ею»264. Правда, король вестготов Валия царствовал только четыре года (с 415 по 419 год) и о «двенадцатом» годе его правления речь идти не может – в этом Иордан явно ошибся. Но если понимать слова Иордана как «двенадцатый год от начала правления Валии», то получится тот же самый 427 год, что и у Марцеллина Комита, и соответственно та же самая дата заселения Паннонии гуннами. Существует мнение, что Марцеллин Комит и Иордан почерпнули эти сведения из одного и того же источника. Но нет особых оснований думать, что источнику этому нельзя доверять. Во всяком случае, Марцеллин Комит, первый канцеллярий императора Юстиниана, имевший доступ к константинопольским архивам и писавший свою хронику достаточно скоро после описанных событий (в середине VI века), был, очевидно, хорошо осведомлен265.

Близкой точки зрения придерживается современный хорватский исследователь Х. Грачанин. Он считает, что гунны уже в конце 378-го или, самое позднее, в начале 379 года появились в провинциях Паннония Секунда, Савия и Валерия (напомним, что некогда существовавшая провинция Паннония к этому времени была разделена на четыре провинции: Паннония Прима, Паннония Секунда, Савия и Валерия). После этого они в кратчайший срок, уже в качестве римских федератов, закрепились в Паннонии вместе с готами и аланами. Но теперь им выделили для поселения северные провинции: Валерию и Паннонию Приму и, возможно, северную часть Паннонии Секунды. Юг Паннонии, который служил связующим звеном между Западной и Восточной частями империи, римляне никому, конечно же, уступить не могли. Забегая вперед, отметим, что и южным провинциям Паннонии позднее тоже случалось попадать под власть гуннов, но римляне стремились вернуть эти земли в первую очередь266.