Читаем Группа «Альфа» полностью

Я подумал: если Ли что-то заподозрил, то мог дня два-три наблюдать за островом издали. Пролетел вечерний самолет-разведчик. Мы хранили радиомолчание. Не хватало еще выдать наше присутствие болтовней по радио или просто случайным сигналом.

20 часов 3 минуты. Я хотел узнать, не объявились ли китайцы. Выбравшись со своей позиции, я отполз назад по склону, ярдов на шестьдесят к хорошо замаскированному укрытию, где засели Тошо и Гатор с «Большим Братом». Жестом я спросил их о новостях. Тошо отрицательно покачал головой, Гатор опустил большой палец вниз. Ничего. Мои спецназовские инстинкты тоже молчали.

Я пополз обратно, добрался до своего окопчика и посмотрел на море. Ничего. По пути я миновал Бумеранга, пристроившегося за грудой земли и камней, блокировавших тепловые излучения его тела так, что его нельзя было засечь никаким тепловизором со стороны океана. Он мрачно посмотрел на меня — все еще злился, что не дал ему закончить работу по установке взрывных зарядов под водой. Но прав был я, а не он. То, что Ли до сих пор не высадился на берег, ни о чем не говорило. Он мог находиться где-нибудь поблизости, высматривая и вынюхивая.

Десять минут десятого. Было темно, тихо и очень уютно. Москиты вернулись на ночь на свои базы. Легкий бриз с берега уносил дневную жару. Тонкий полумесяц мягко освещал море, давая возможность любоваться пенным прибоем.

Мы лежали в засаде парами, образуя дугу длиной ярдов в шестьдесят, за гребнем скалистого кряжа, возвышавшегося над пляжем. Позиция обеспечивала нам отличную возможность вести перекрестный огонь и не позволяла противнику подавить нас своим огнем из легкого стрелкового оружия, хотя пуля и дура. Убаюкивающие звуки прибоя клонили в сон, глаза начинали закрываться, и мне захотелось вздремнуть минут пять. Значительно лучше, когда вы находитесь в засаде в плохих условиях или испытываете боль, тогда вы все время настороже.

21 час 10 минут. Неожиданно внутри меня как будто загремели колокола громкого боя. Вся сонливость мгновенно улетучилась. Я не шевельнулся, но пришел в состояние полной боевой готовности. Затем у меня на шее волосья встали дыбом. Я не знаю, почему это происходит, но знаю, что это всегда говорит о надвигающейся опасности. Я начал медленно-медленно опускать голову, пока она полностью не скрылась за гребнем. Затем я перекатился влево, сжал правую ладонь в кулак и показал большим пальцем в землю — сигнал «враг приближается». В шести ярдах от себя я увидел белки глаз Дак Фута, смотревшего на меня. Он кивнул головой и передал сигнал Пику. Тот просигналит Полпинте, контролирующему крайний левый сектор огня. Повернувшись вправо, я повторил сигнал Ноду, тот передал его Бумерангу, последний Роденту, а тот Тошо и Гатору.

21 час 11 минут. Я подполз обратно к гребню и вытащил прибор ночного видения. Осторожно приподняв голову, я посмотрел на море. Что-то там было не так, но что я понять не мог. Я протер окуляр, зажмурил глаза на секунду и снова посмотрел. Есть!

Ярдах в двухстах пятидесяти от берега что-то медленно двигалось под водой по направлению к нам. В инфракрасном свете это выглядело, как продолговатое зеленоватое пятно, вроде стаи рыбок, поднимавшихся к поверхности моря вместе с течением и медленно менявших направление своего движения. Я всмотрелся — пятно становилось все ближе и ближе. Затем оно начало разделяться на части. Один, два, нет, три аквалангиста! Они плыли почти у самой поверхности воды, но не выдавали своего присутствия ни малейшей рябью. Явно использовали боевые акваланги замкнутого цикла — отработанный воздух не выпускается в воду и не оставляет следов в виде пузырьков. Но аквалангисты не могли ускользнуть от моего инфракрасного прицела с дальностью действия в полмили. Я опустил голову за гребень и подал сигнал — «не высовываться». Противник мог обнаружить нас с помощью инфракрасных биноклей.

Откуда я знал, что они у них есть? А я и не знал. Но, в наши дни широкого распространения высоких технологий, любая террористическая группа может спокойно купить приборы ночного видения, спутниковые системы наведения, телефоны с шифраторами чуть ли не в магазине. А если это так, то почему китайцы не могли иметь в своем распоряжении того, что было и у меня? Вывод — никогда нельзя недооценивать противника.

Я посмотрел на цели снова. Они уже находились менее, чем в ста ярдах от берега. Я попытался определить, откуда они стартовали, но не смог. Какое-то шестое чувство подсказывало мне, что это была передовая группа. Как только они проведут разведку места высадки и убедятся в безопасности, за ними последуют основные силы. Я сообщил всем о развитии событий и получил ответ — «поняли».