От Шемахинских же ворот, простираясь в северо-западном направлении вдоль крепостных стен до самых Сальянских ворот, тянулась Малая крепостная улица. На ней было много разных достопримечательностей: Овдан, Четырёхугольный донжон, так называемый квартал банщиков, Джин-мечеть, баня Ага Микаила и таинственный подземный ход, протянувшийся на всю длину крепостных стен города.
А вот в сторону пошла улица Асефа Зейналлы, в простонародье – Карван Йолу, которая проходит поблизости от караван-сараев Мултани и Бухара. Она достаточно протяжённая. И другим своим концом достаёт до ханского караван-сарая. На ней расположено множество ларьков местных торговцев самым разным товаром. А помимо нескольких караван-сараев здесь имеются три мечети – мектеб-мечеть, Лезги-мечеть и мечеть шейха Ибрагима. Известная всему миру Девичья башня также находится на этой улице.
Одной из улиц старого Баку – Большой крепостной – шёл молодой мужчина лет двадцати от роду, довольно высокого по тем временам роста – примерно 180 см.
Статная гордая осанка и пронзительный взгляд тёмных глаз наводили на мысль о его решительности и умении настоять на своём. Ухоженные усы и папаха из овечьего меха, являвшаяся тогда – в 1915 году – основным головным убором у местных мужчин, выгодно дополняли портрет успешного молодого человека. Тем более что в начале 20-го века папаха и усы символизировали честь, достоинство и мужественность представителей сильного пола в Азербайджане. По папахе и её форме достаточно точно можно было определить социальное положение её владельца.
Звали мужчину Рустамом. Он был единственным сыном купца Ибрагима бека и Медины ханум. Его отцу принадлежали несколько домов в крепости Ичери Шехер. Помимо этого он торговал шелками и ювелирными изделиями, ему принадлежали хамамы[8]
и аптеки города. Таким образом, Рустам был наследником большого состояния. Но, несмотря на это, его отличали трудолюбие и честность, готовность отвечать за свои слова – он был достойным сыном своего отца и своей удивительной страны – Азербайджана.