Читаем Гробница полностью

Азиль и Юсиф были детьми гетто, кое-как существовавшими на скудное подаяние чужой страны, смолоду в изобилии хлебнувших горечи и жестокости жизни, которыми судьба щедро снабжала переселенцев, лишившихся крова и обеспеченного куска хлеба. После того как отец Азиля был убит во время восстания против Арабского Легиона короля Иордании Абдуллы (который, выступая заодно с лидерами некоторых арабских стран, преследовал свои политические выгоды в том, чтобы не принимать палестинскую нацию на своей земле, как братьев по вере, а держать их в изгнании на нейтральной территории - таким образом он хотел устранить израильскую угрозу его собственному могуществу на Среднем Востоке) мальчикам пришлось самим содержать свои семьи. К тому времени ООН приняла на себя заботу о палестинских беженцах, и в лагерях стали происходить хоть и небольшие, но все-таки перемены к лучшему. В Ин-эс-Султане появились мечеть, ритуальная скотобойня, склады, большие магазины и центры раздачи пищи. Двоим мальчикам повезло - они стали работать разносчиками кофе. Бойкие парнишки сновали в толпе со своими лотками, предлагая кофе и липкие сладости, сотни раз на дню пробегая привычный путь от магазина до киоска, часто отходя к огромным грузовикам, ожидающим таможенной очистки на мосту Алленби.

Они любили бродить вокруг кафе, прислушиваясь к неторопливым речам взрослых, вспоминающих о минувших днях и об их родных деревнях, оставшихся на другом берегу Иордана. Рыночная площадь всегда была полна острых, пьянящих запахов - ароматных приправ и специй, кардамона в кофе, ладана, смешанных с резким запахом помета животных - верблюдов, ослов, овец и коз. Взрослые вздыхали, тоскуя о прошедших временах, когда на праздники им подавали экзотические блюда, и мальчики смеялись и подшучивали над их воспоминаниями.

Разговоры взрослых постепенно переходили на другие темы. Они со вздохами вспоминали свои брошенные дома, в которых они жили, когда еще живы были их деды и отцы - домики из кирпичей, слепленных из речного ила и навоза животных, побеленные снаружи известкой, домики с широкими плоскими крышами, специально приспособленными для того, чтобы собрать как можно больше дождевой влаги во время вешних ливней. Они вспоминали о деревенских торговцах и искусных мастерах - гончарах, плотниках, башмачниках, седельщиках, ткачах. И всякий раз, когда щемящая грусть переполняла их сердца при мыслях о том, чего они навсегда лишились, на глазах у них блестели слезы. Они вспоминали о том, как жизнь кипела в былые времена вокруг центральной деревенской площади, где был вырыт глубокий колодец и стояли печи, в которых подрумянивались душистые лепешки, где были лавка и кафе, в котором целый день играла радиомузыка. Они вспоминали о том, как в былые дни они наблюдали с открытой площадки кафе за суетой пестрой толпы на этой площади - за медленным движением верблюдов, на которых сидели важные погонщики, за скрипящими повозками бродячих торговцев, запряженными длинноухими серыми осликами, за суетливыми точильщиками и за закутанными в покрывала женщинами, спешащими по своим ежедневным хозяйственным делам.

В конце концов, ностальгию прогоняли воспоминания о славных войнах во имя Аллаха; мужчины, воодушевленные новой темой, хвастались друг перед другом своими подвигами и храбростью в сражениях, своей военной хитростью, с помощью которой им неоднократно удавалось одолеть врага. Недавнюю победу евреев над арабами они считали недоразумением - это слуги сатаны обманом заставили правоверных покинуть свои края и переселиться на чужбину. Враги были воплощением сил зла - джиннами, - принявшими человеческий облик. Евреи - союзники темных сил, а отнюдь не достойные противники, с которыми можно биться в открытом и честном бою. Пророк Мухаммед возвестил, что евреи стоят вне законов Аллаха, и потому да испепелит нечестивых гнев господень, да падет кара Аллаха на их преступные головы.

Так говорили старшие; Азиль и Юсиф внимательно прислушивались к их речам. Их томило неясное чувство тоски по родной земле, которой они никогда не видели, но о которой так часто слыхали от взрослых, их переполняла горечь утраты той вольготной, прекрасной жизни, о которой вспоминали люди под крышей кафе. И ненависть к тем, кто называл себя израильтянами, закипала в их душах.

Мальчики росли, и сама жизнь учила их науке выживания. Школа, даже организованная под покровительством агентства ООН по оказанию помощи беженцам, была практической подготовкой к вооруженной борьбе против "израильских оккупантов". Арабские воспитатели и наставники объединяли своих учеников в небольшие группы, каждая из которых имела свое воинственное название и девиз, подстрекающий к борьбе против израильтян. Физическая подготовка в этой школе включала начальные навыки обращения с холодным огнестрельным оружием, рукопашный бой, умение выслеживать противника и теоретический курс действий при высадке десанта на вражескую территорию.