Читаем Грядет Тьма полностью

Служители Ордена нашли Гектора на острове Чарис. Став сиротой в тринадцать, Гектор прятался в храме Керика. Дар мальчика на тот момент уже проявился, и служители привели его в форт Керамейкос, когда увидели, что у него Дар сердца. Джуду всегда казалось, что это судьба привела Гектора в Орден. К Джуду.

Возможно, понадобился отъезд из Керамейкоса, чтобы Гектор понял, что здесь всегда было его место.

На лице Гектора появилась слабая, печальная улыбка.

– Для тебя все и правда так легко? – Он со смешком покачал головой. – Ты всегда был таким уверенным. Во всем.

«Нет, это не так», – в отчаянии подумал Джуд. Он собирался стать Хранителем. Пророка нашли; Джуд находился всего в паре дней от встречи с ним. Но его мучили те же сомнения, и они только росли. Часть его была рада, что Гектор словно не замечал этого, – но другая его часть желала разделить эти чувства.

– Вот почему ты всегда был лучше в коа, чем я, – сказал Гектор, прыгая на камень под водопадом. – Но я все еще лучший боец.

– Придется это проверить, – ответил Джуд, прыгнув на камень рядом с Гектором.

– Всегда готов.

Они начали медленно проходить через десять стандартных коа. Определенная последовательность дыхания и движения брала силу из их Даров, чтобы усилить их физические тела. Существовали коа для силы, баланса, скорости, для каждого из пяти чувств, для выносливости и сосредоточенности. Каждое состояло из трех частей: дыхание, движение и намерение – несгибаемая цель и главная причина, по которой люди вытягивали эшу из мира и направляли ее своим Даром. Чем сильнее преданность намерению, тем с большей силой можно владеть Даром сердца.

Вот что имел в виду Гектор. Намерение Джуда, цель, для которой он использовал Дар, было его верностью Слову пророков. Он пытался думать об этом и ни о чем другом, двигаясь через вторую плавную последовательность, а его Дар пробуждался.

Но он не мог отрицать, что это было сложно делать рядом с Гектором. Впервые Джуд видел его таким – сосредоточенным, напряженным, непреклонным. Когда они практиковали коа, то с медленной обдуманностью каждое движение соответствовало вдоху, каждая позиция была идеально выверена. Это не было похоже на быстрые, словно молния, коа, которые выполнялись во время битвы – эти коа являлись медитацией, способом усилить свою связь со священной энергией мира.

Пока они с Гектором перешли к позам бросков, поднимая одну руку и вытягивая другую назад, Джуд представил невидимую, непонятную рябь эши, проплывающей между ними, связывающей их.

Небо начало светлеть на востоке, когда они закончили последний набор коа.

– Вскоре взойдет солнце, – сказал Гектор, когда юноши остановились, прижимая руки к груди. – Кажется, пришло время.

Они молча спустились в форт. Как правило, в такой ранний час он бы уже кипел от деятельности, управляющие сновали бы по своим делам на кухне, в конюшнях и оружейной, а паладины начинали бы свои занятия в тренировочном дворе. Но этим утром бараки были пустыми, кухни тихими. Все собрались в кругу камней, ожидая Джуда.

– Наварро.

Джуд поднял взгляд и увидел, что Пенроуз ждет их у камня, отмечавшего вход в круг. Она казалась удивленной, увидев здесь Гектора.

– Ты должен присоединиться к остальным, – сказала она.

Юноша бросил последний взгляд на Джуда и направился в круг камней.

Джуд искал осуждение в глазах Пенроуз.

– Ты должна к ним присоединиться.

Пенроуз колебалась. На мгновение ему показалось, что девушка начнет расспрашивать его по поводу Гектора. Она точно хотела сделать это вчера. Но Пенроуз сказала только:

– Решения, которые ты принимаешь, больше не твои. Это решения Хранителя Слова, присягнувшего защитника последнего пророка.

– Знаю, – слова Пенроуз казались предупреждением, но он не понимал, как к нему прислушаться.

– Да ведет тебя свет пророков, – сказала Пенроуз и оставила его, направившись к другим паладинам.

Волнение Джуда все росло, когда он глянул на возвышающиеся монолиты Семи пророков, окружающие круг камней. Эндарра, воплощение красоты в короне из лавра. Керик Щедрый, демонстрирующий свою монету. Паллас Верный, крепко держащий оливковую ветвь. Назира Мудрая, несущая факел знания. Тарсеис Справедливый с весами в руках. Бехезда Милосердная с протянутой рукой и безликая Странница. Статуи семи самых мудрых мужчин и женщин древних времен искали знания о судьбе мира, чтобы суметь лучше послужить своему народу. Отдали своим людям силу четырех телесных Даров. Прожили более двух тысяч лет, направляя их судьбы.

В их тени стояло четыре сотни самых могучих одаренных воинов от самой степи Иншуу до дельты Херата, их темно-синие плащи были застегнуты на груди, серебро легких доспехов мерцало в рассветных лучах.

Джуд почувствовал на себе взгляды, входя в молчаливый круг камней, и каждый из них напоминал бремя, которое он нес на себе. Его собственные сомнения метались в мыслях, и он не мог не задуматься, кого видели другие паладины – мальчика или лидера, достойного звания Хранителя Слова?