У Джуда все еще был меч, который он забрал у стражника. Его изогнутая форма и странная балансировка были незнакомы Джуду, но у него больше не было Остроконечного Клинка, а это все было лучше, чем оставаться безоружным. Он сжал рукоять покрепче и начал спуск. Лестница была холодной и влажной, но его Дар грел его изнутри.

Он быстро добрался до подножия лестницы и оказался во влажном узком тоннеле, ведущем еще глубже под землю. Ему не хотелось думать о том, почему пророк оказался так глубоко под землей, так что он сосредоточился на звуке собственного дыхания и настоящем, колотящемся сердцебиении пророка, пока спускался все ниже.

Добавились и другие звуки – эхо всплеска воды, а за ним голос, резкий и нетерпеливый:

– Продолжайте, пока я не скажу, что хватит.

Это был голос Ильи Алиева. Джуд ускорил шаг, завернул за угол тоннеля и остановился. Тоннель резко обрывался, переходя в пещеру с высоким арочным потолком. Где-то в шести метрах под ним был пол из гладкого черного стекла, словно ночное небо, лишенное звезд.

Нет, не из стекла, – понял он. Воды. Подземное озеро. Мраморные платформы тянулись над поверхностью воды, некоторые возвышались на арках, а другие осыпались и разрушались.

И на одной из этих платформ Джуд увидел восемь стражников, окруживших лежащую на боку фигуру.

Пророк. Его Дар поднимался в крещендо[5]. Джуд позволил его мощи провести его через знакомую последовательность коа – скорости, силы и баланса.

Он спрыгнул с края тоннеля на платформу внизу. Стражники повернулись на звук его приземления.

– Здесь кто-то есть!

– Избавьтесь от него, – раздался холодный голос Ильи.

Джуд перепрыгнул трех стражников, бросившихся к нему, и приземлился за их спинами.

– Что? Куда он?.. – Один из стражников развернулся, его меч метнулся к груди Джуда. Тот грациозно отошел назад. Стражник снова выкинул вперед меч, и Джуд встретил клинок стражника своим. Лязг удара стали о сталь эхом отдавался от мрамора и воды.

Второй стражник бросился на Джуда с другой стороны. Движением запястья Джуд убрал назад меч, из-за чего первый стражник свалился с высокой платформы, Джуд развернулся, чтобы встретиться с другой стражницей, ударив ее по руке. Она, ахая, отшатнулась, и Джуд присел, сделав подсечку. Она со всплеском свалилась в воду.

Третий стражник отшатнулся, когда оставшиеся присоединились к нему.

– Он слишком быстрый!

Другие стояли на месте, с тревогой в глазах обнажив мечи.

– Ты тот мечник, – сказал один из них, – которого мы поймали в Паллас Атосе.

– Я Джуд Везерборн из Керамейкоса, капитан стражи паладинов, Хранитель Слова, – сказал он. – И вы стоите на моем пути.

С мечом в руках, с эшой, проносящейся по его телу и биением пульса пророка, близким и панически быстрым, Джуду не было равных в этой битве. Он легко расправился со стражниками. Очистив путь, он побежал по проходу, освещенному факелами. Его сапоги скользили на гладких мраморных камнях. Его поле зрения сузилось до одной точки – маленькой фигуры, лежащей на разрушенном краю платформы, фигуры, чей пульс стучал в ушах Джуда.

Пророка.

Джуд добрался до него и встал на колени. Аккуратно перевернув его, он прижал ладонь к его щеке.

Его дыхание замерло. Он знал это лицо.

Однажды он, стоя на другом конце дворика, видел, как эти же губы изгибались в дразнящей улыбке. Однажды в разрушенном святилище он очнулся и увидел этот лоб, словно бледную луну над собой.

Пророк был Антоном.

Антон был пророком.

Уверенность в этом ударила по нему, словно лезвие клинка. И тут мальчик, который был и Антоном, и пророком, выдохнул и открыл глаза.

Когда-то, когда остальной мир Джуда рушился вокруг него, его взгляд привлекли эти теплые темные глаза странного мальчика, склонившегося у омута провидцев.

Теперь их взгляды встретились.

И Джуд нашел свой истинный север.

58

Хассан

МАЯК ВСПЫХНУЛ БЕЛЫМ ПЛАМЕНЕМ, когда ожило кольцо Божьего огня. Краткая схватка в центре атриума закончилась тем, что Хассан со стражей паладинов оказались в ловушке, в круге Божьего огня, их надежды на побег рассеялись.

Легкие Хассана свело от внезапного, яростного кашля, когда от пламени потек черный дым. Хассан прижал рукав к носу. Он смотрел, как его тетя, стоящая вне круга пламени, закрыла нос и рот шарфом.

– Ваш Хранитель сбежал, – сказал Иерофан. – Он показал себя трусом, отрицающим правду, которую я ему предложил. Но он не избежит Часа расплаты – и никто из вас. Сегодня вы встретитесь со своей судьбой.

Пламя сверкнуло на острых изгибах его маски, когда он повернулся к свидетелям:

– Подожгите остальное.

Хассан в ужасе наблюдал, как двое свидетелей идут через атриум к подножию балкона, проходящего по кругу башни. Они опустили факелы на землю, где по балкону бежала линия того же черного пороха. Порох загорелся. Раздались крики и стоны, когда пламя закружилось вокруг хератских солдат, пригвождая их к краю балкона.

– Дым, который вы сейчас вдыхаете, содержит вредоносные испарения черного камня, – сказал Иерофан. – Эти испарения медленно наполнят маяк. Один за другим вы падете от яда.