Читаем Гретель и её бесы полностью

– Думаю, за этим стоит мой старый приятель, Франц Гаук, – рассуждал Конрад за завтраком. – Он увольнялся со страшным скандалом и грозил, что так этого не оставит!

– А почему он уволился? – полюбопытствовала Гретель, доливая чай Конраду. День обещал быть хорошим – доктор Фонберг ждал ее только вечером, и можно было, никуда не торопясь, предаваться праздной болтовне.

– Колонку, которую он вел несколько лет, передали другому автору. Признаться, это было несправедливо. Редактор надеялся силами Гаука вытянуть новое направление, но Франц просто ушел, хлопнув дверью.

– Конечно, любой бы обиделся, – покачала головой Гретель и только потянулась за очередным печеньем, как в дверь раздался стук.

Конрад и Гретель посмотрели друг на друга, словно ожидая объяснений.

– Странно, кто бы это мог быть?.. – удивленно произнес Конрад, вставая из-за стола.

– Может, по работе? – предположила Гретель. – Уж я-то точно никого не жду.

Пока Конрад отсутствовал, девушка решила убрать со стола и помыть посуду. Ополаскивая чашки, она слышала какие-то голоса, доносившиеся из коридора, но сумела разобрать слова, только когда голоса стали ближе.

– И почему это мы не можем зайти в гости к родному сыну?! – раздался возмущенный женский голос. – Ничем особенным ты не занят, а то мы тебя не знаем! Наверняка очередные статейки строчишь!

Вопреки жалким попыткам Конрада что-то объяснить, в комнату влетела пожилая женщина. Ее седые волосы были уложены в высокую прическу, на пальцах блестели золотые кольца. Она была такой же высокой, как и сын, но благодаря пышным формам выглядела значительно крупнее. Следом возник мужчина примерно ее же возраста. Коренастый, с печально повисшими усами и облаченный в коричневый костюм, он сразу же напомнил Гретель вылетевшую из сундука моль.

Увидев Гретель, вытиравшую посуду, женщина застыла как вкопанная и шумно выдохнула:

– О-о…

– Я же говорил, мама. – Из-за ее спины возник хмурый Конрад. – Я не один.

– Невероятно, Карл! – Мать не обратила никакого внимания на слова Конрада и впилась взглядом в Гретель, как антиквар в случайно угодившую ему в руки ценность. – Представь себе, наш сын привел в дом девушку!

Раньше Гретель не представляла, какие обстоятельства могут смутить такого опытного журналиста, как Конрад. Сейчас он больше походил на провинившегося школьника, чем на бойкого на язык писателя. Впрочем, многие родители обладали удивительной способностью смутить самого уверенного ребенка, какого бы возраста ни было дитя.

– Здравствуйте, – произнесла Гретель, надеясь, что ее наконец перестанут так пристально изучать. Она сомневалась, что с намыленными руками и в домашнем платье выглядит достаточно хорошо для знакомства с родителями.

– О-о, – снова выдохнула мать Конрада. – Как же тебя зовут, милая?

– Гретель.

– Прекрасно, прекрасно… – Мать Конрада прошла в комнату и уселась за стол. – Я – Элоиза, а это мой муж Карл.

Карл Ленц сел рядом с женой. За все это время он не произнес и слова, и Гретель догадалась, что свой острый язык Конрад унаследовал вовсе не от отца.

– Позвольте налить вам чай? – предложила Гретель.

– Позволю, – согласилась Элоиза. – Мой сын никогда бы не предложил. К счастью, ему хватило ума выбрать себе воспитанную девушку. Вы не похожи на этих самовлюбленных дурочек, его коллег по работе… Где вы познакомились?..

– Мы с Гретель не пара, – вставил Конрад. – А работаем над новой книгой. Можно сказать, она мой консультант. И здесь лишь потому, что приехала из другого города.

Элоиза закатилась смехом, от которого зазвенела посуда в серванте, и стукнула по деревянной столешнице ладонью.

– Думаешь, я тебе поверю?! Не то же самое ты говорил про свою… как там ее… – Мать Конрада несколько раз щелкнула пальцами, будто пытаясь вспомнить имя, которое, очевидно, прекрасно помнила. – Лили!

– Мама!.. – воскликнул Конрад. И, к удивлению Гретель, начал заливаться краской. – Честное слово, это лишнее…

– Ну а что? Ты мне тоже доказывал, что она лишь твоя коллега. Пока я не застукала вас совсем голы…

– Стоп! – прервал мать Конрад. – Я не желаю, чтобы ты ворошила мое прошлое при Гретель. Тем более если считаешь ее моей девушкой.

Элоиза подняла руки, словно говоря: «Что и требовалось доказать». Тем временем Гретель подала чай и, вопросительно посмотрев на Конрада, поняла, что ей следует какое-то время провести в компании его семьи. Сев за стол, она приготовилась отвечать на каверзные вопросы.

К счастью, получив от сына подтверждение, что Гретель – его новая подруга, Элоиза слегка сбавила обороты. Она расспрашивала Гретель о том, как все устроено в ее родном городе, и, как ни странно, даже бровью не повела, узнав, что отец Гретель – обычный дровосек. Видимо, она так устала от зазнавшихся спутниц Конрада, что простая, неизбалованная девушка устроила ее значительно больше.

– Значит, вы скоро возвращаетесь домой?.. – уточнила Элоиза. – Как жаль… Надеюсь, это не потому, что Конрад – несносный эгоист?..

– Ну что вы, – заверила Элоизу Гретель. – Конрад невероятно обходителен!

– Да-да, я уже поняла, что вы здесь всего-то пару недель, – махнула рукой Элоиза.