Читаем Грехи отцов. Том 1 полностью

— Нет, нет, разумеется, ты не опоздал! Садись. Чего бы тебе хотелось выпить? — я пыталась говорить не как актриса, читающая незнакомый текст.

Джейк посмотрел на мой пустой бокал и затем сказал, сев напротив меня:

— Я выпил бы немного виски со льдом. «Джонни Уокер», с черной этикеткой, если можно.

Мы немного поговорили об открытии выставки, пока Каррауэй не вернулся с выпивкой. Джейк держался просто, элегантно, невозмутимо. Я так сильно сосредоточилась на поддержании разговора, что мне было трудно замечать детали его внешности, но я видела, что его темный костюм идеально скроен, а однотонная рубашка скреплена на запястье золотыми запонками.

— Как прекрасно выглядела Вики! — сказал Джейк. — Очевидно, замужество пошло ей на пользу.

— Да, мы все успокоились.

Каррауэй вышел. Джейк наполнил виски свой бокал.

— За тебя, Алисия! — сказал он с учтивой вежливостью, которой мог позавидовать любой дипломат. — Благодарю за приглашение. Теперь, о каком же конфиденциальном деле ты упоминала? Должен признаться, я с трудом сдерживаю любопытство!

Я подумала, что, если бы он имел хоть малейшее представление о том, что я имею в виду, он был бы менее легкомысленным.

— Ну... — Я отпила немного мартини и продолжила: — Это просто... — Я остановилась.

— Это касается Нейла? — спросил Джейк, все еще вежливо, но с безжалостной прямолинейностью.

— Да, — сказала я.

Он протянул мне свой портсигар.

— Нет, благодарю, Джейк, я почти не курю в последнее время. Астма Корнелиуса...

— Я не Корнелиус и думаю, ты должна выкурить сигарету, чтобы успокоиться.

Я взяла сигарету. Когда он зажег ее для меня, он спросил резко:

— У Нейла неприятности?

— О, нет! — ответила я быстро. — Все хорошо. Просто, мы решили... жить немного по-другому, это взаимное решение и наша супружеская жизнь сохраняется, но... сейчас все немного отличается от того, что было прежде.

После паузы Джейк сказал:

— Понимаю, — и закурил сигарету.

— Нет, я полагаю, что ты не понял, поскольку я объясняю все так бестолково. Джейк, у Корнелиуса любовница. Я думаю, это не просто случайные приключения с кем-то, кто подвернулся под руку. Он регулярно встречается с женщиной, и ты, вероятно, знаешь об этом.

— Нет, — сказал он. — Я не знаю.

— О, я предполагала, что ты, Корнелиус, Кевин и Сэм знаете все секреты друг о друге.

— Моя дорогая, эти дни давно канули в Лету. Как же ты узнала об этой любовнице?

— Корнелиус сам сказал мне, — призналась я. — Разумеется.

Наступила еще одна пауза, затем Джейк повторил:

— Разумеется.

— По многим причинам Корнелиус и я решили больше не спать вместе. Мы обсудили все это спокойно и разумно и согласились, что у него должна быть любовница, а я должна... должна завести...

— Любовника? Нейл удивляет меня. Никогда бы не подумал, что он способен быть таким откровенным. Он испытывает по отношению к тебе чувство вины?

Я быстро сказала:

— Я не хочу вдаваться в мотивы его поведения, Джейк.

— А я не уверен, что хочу слушать о них. Ну, — произнес Джейк, удобно устраиваясь на стуле с бокалом в одной руке и сигаретой в другой, — итак, ты ищешь любовника.

— Да. — Я никак не могла заставить себя взглянуть на него и, допив свой мартини, удивленно слушала свой спокойный голос разумной женщины, которая беззаботно говорила о трудностях, связанных с нарушением супружеской верности. — Конечно, это очень опасно. Мне следует быть исключительно осторожной, и вот почему я могу выбрать только кого-нибудь, кто будет лоялен по отношению к Корнелиусу. Ты можешь подумать, что это абсурдно, даже странно и может показаться в конечном счете предательством, но...

— Что странного может быть в том, что мужчина ухаживает за женой своего друга, когда сам друг, по-видимому, не желает делать этого, не делает ли он всем величайшее одолжение?

— Конечно! — Казалось, понимание сделало дальнейшие объяснения необязательными. — Ты видишь, в каком ужасном положении я нахожусь. Так мало людей, на которых я могу полностью положиться, и поскольку Сэм женился на моей падчерице, а Кевину это не может быть интересно...

— Дорогая Алисия! — Джейк поставил бокал, положил сигарету и вскочил на ноги. — Какая неожиданность! — Без малейшего колебания он взял мою руку и поднес ее к своим губам перед тем, как сесть рядом со мной на кушетку. — Я бесконечно польщен. Благодарю тебя. Однако...

— Ты не заинтересован. — Я не знала, как смогу вынести такое унижение. Мое лицо горело от стыда, и я упрямо не поднимала взгляда от своих рук, но когда в отчаянии подумала, как же я когда-либо встречусь с ним снова, он сказал насмешливо:

— Ты себя недооцениваешь. Если бы ты не была женой Корнелиуса Ван Зейла, я уверен, мне не пришлось бы ждать приглашения все эти годы.

Его левая рука зашевелилась. Я совершенно ясно смогла видеть тупые прямоугольные ногти и твердые мышцы вокруг суставов, и, когда он положил эту руку на мою, я обнаружила, что пожатие этих толстых мощных пальцев действует успокаивающе. Затем я также отчетливо заметила, что темный материал его костюма туго натянулся на бедре, когда он наклонился ко мне, и я подумала о сильных твердых мышцах под костюмом.