Эти мысли возникали у каждого, кто наблюдал за жизнью всех остальных через окно или иллюминатор дорогой машины, самолёта или яхты, предназначенных для членов клуба. Особенно ярко различия ощущались в таких удивительных местах, как Санторини. Установленный ценовой коэффициент в одну тысячу относился и к стоимости ночи в отеле, обеда, или венчания в местном храме. Хотя, по сути, всё сводилось к обычным человеческим потребностям — сну на чистых простынях, утолению голода или участию в общепринятом ритуале. Однако, непонятливым всё доходчиво объясняли. Например, бутылка сухого вина к столу доставалась не из ящика в подсобке таверны, а со дна кальдеры, где на глубине в полсотни метров, всегда одна температура и отсутствие солнечного света, и, специальные служащие со специальным оборудованием, хранят, следят и достают тоже самое вино, только за десять лет бутылка обросла водорослями, красивыми легендами и количеством нулей в меню.

─ Действительно, песок, как уголь, ─ удивилась Светлана, глядя на пляж со смотровой площадки около парковки машин.

─ Аккуратнее на ступеньках, ─ Егор шёл позади, неся в пакете пляжные вещи, ─ шлёпанцы внизу не снимай. Песок раскаляется под солнцем до такой степени, что можно обжечься.

─ А вода какая прозрачная… Поныряем?

─ Ну, после сиртаки мне ничего не страшно, хотя я только рыбачил на наших озёрах и раков ловил, а нырять особо и незачем было. Да и к солёной воде не привык… Щиплется.

─ Возьми маску. Под водой очень красиво… Хотя, что это я тебя уговариваю. Сам меня сюда заманил… В чём сюрприз-то?

─ Мне понравилась легенда. ─ смущённо признался парень.

─ Надеюсь, не о прожорливом крокодиле, которому скармливали девушек на обед?

─ Нет.

─ Тогда окунёмся сначала, уж больно вода соблазнительная… Но потом ты мне обязательно расскажешь.

Песок был действительно обжигающий, поэтому пришлось до самой воды идти в шлёпанцах, зато потом, море встретило их тёплой и до того прозрачной водой, что они долго плавали в масках, разглядывая удивительный подводный мир. Тех, кто не вырос на побережье, а видел море только в кино, всегда потрясает это разнообразие и буйство красок, удивительная свобода и лёгкость, с которой можно плавать, парить в воде, словно птица, или возможность нырять до самого дна за какой-нибудь ракушкой.

Грек с восторгом наблюдал за плавными движениями загорелого тела девушки, которая надолго задерживала дыхание и легко преодолевала глубину в несколько метров, чтобы, обернувшись, призывно поманить его к себе. Наверное, так же русалки заманивали доверчивых моряков в этот удивительный, непостижимый подводный мир…

─ Никогда с таким удовольствием не ныряла, ─ призналась она, и солёные капельки засверкали самоцветами на её ресницах. ─ Будем купаться здесь до потери пульса… Всё, я теперь загораю, а ты мне расскажешь ту легенду.

─ Да… рассказчик из меня…

─ Грек, ну пожалуйста — пожалуйста. Хочу сказку…

─ Ладно, ─ смирился Егор. ─ Слушай… Давным-давно попали на этот остров парень и девушка, и так им здесь понравилось, что не захотели они покидать этот удивительный краешек суши из обугленных когда-то скал и почти лишённых растительности. И тогда парень загадал желание, если они после обеда вместе искупаются на черном пляже, а на закат будут вместе смотреть на белой, западной стороне острова, и притом, рук своих не разомкнут до самой последней минутки, пока солнце не скроется в море, то проживут вместе всю оставшуюся жизнь и умрут в один день… Так и случилось…

─ Боже, как красиво! Только не говори мне, что это не ты придумал… Я знаю, ты романтик в душе.

─ Ну… Самую малость, ─ смутился Грек.

Они ещё долго купались, ныряя на спор за ракушками на дно. Потом, продрогшие до мурашек на коже и посиневших губ, грелись на небольшой пляжной подстилке, прижимаясь друг к другу, солнце пригревало их спины сверху, а раскалённый песок снизу, и никакая сауна не могла с этим сравниться.

Затем, вдруг, вспомнив о времени, бежали по ступенькам вверх на стоянку машин, где изнывал от ожидания водитель, названивая на сотовый номер клиента, который не отвечал. Потом, всю дорогу просили водителя нигде не останавливаться, чтобы успеть к закату.

Они вбежали на террасу своей виллы с удивительным видом на закат. Как раз в то самое время, когда солнце уже готовилось коснуться кромки воды. Оба просто застыли у парапета, взявшись за руки, смотрели на светило, которое медленно тонуло в море. Его цвет менялся, словно на прощание, а двоим казалось, что это был разговор. Символический, но очень понятный.

Постепенно стало темнеть, а они всё стояли, взявшись за руки, каждый думая о чём-то своём.

Брат Теодора

─ Сегодня у нас спокойный завтрак, чего не могу сказать о завтрашнем. Обратный рейс в Салоники в половине девятого утра. Так что, вдохни глубоко, мы нагуляемся сегодня до упора. Когда ещё приедем…

─ Знаешь, Грек, у меня с тобой столько впечатлений накопилось, что я буду их потом по капельке вспоминать и всё заново переживать.