Читаем Гражданская война. 1918-1921 полностью

2) Если бы командование Западным фронтом не нервировало бы без нужды своими директивами о переброске конную армию, а согласилось бы с предложением командования 1-й конной армии, то падение Львова при всяких условиях было бы обеспеченным. Отсюда положение как Западного, так и Юго-Западного фронтов было бы совершенно иным: во-первых, противник вынужден был бы для обратного взятия Львова бросить значительные силы и тем самым облегчилось положение Западного фронта; во-вторых, занятие нами Львова обеспечивало конной армии выход в Люблинский район кратчайшими путями, двигаясь между реками Западный Буг и Висла. Этим и выигрывалось время и создавалась большая угроза противнику, действовавшему перед нашим Западным фронтом. Во всяком случае, сложившаяся к тому моменту обстановка диктовала полную необходимость захвата Львова.

3) Нужно признать, что падение Львова, несомненно, создало бы перелом в нашу пользу в отношении восстановления равновесия в ходе всей кампании.

С. Буденный».

{270} Подробнее см.: Какурин И., Меликов В. Война с белополяками, с. 342–346.

{271} Директива № 361/оп была подписана командзапом и за члена РВС фронта комиссаром штаба в 18 ч 40 мин 15 августа. По ошибке телеграфа в 1-ю конную армию была передана телеграмма лишь за подписью командзапа. Это привело к задержке в выполнении приказа. На повторную директиву командзапа от 17 августа № 406/оп, в которой 1-й конной армии указывалось «напрячь все силы и во что бы то ни стало сосредоточиваться в назначенный срок в районе Владимир — Волынский — Устилуг, имея целью в дальнейшем наступать в тыл ударной группы противника» (Какурин Н., Меликов В. Война с белополяками, с. 321). Конная армия отвечала, что «в данный момент для новой перегруппировки она выйти из боя не может». (Егоров А. И., Львов — Варшава, с. 152). Лишь после директивы РБСР, последовавшей 20 августа, 1-я конная армия приступила к исполнению директив командзапа (Какурин Н., Меликов В. Война с белополяками, с. 346–347).

{272} Об этом свидетельствуют многочисленные «ноты» ген. Вейганда к ген. Развадовскому за время с 30 июля по 5 августа 1920 г.

{273} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 40.

{274} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 46.

{275} Предполагалось, что Румыния, хотя и сохранявшая до сих пор нейтралитет, вступит активно, как только обнаружится глубокое вторжение красных в Галицию, так как это вторжение косвенно задевало существенные интересы Румынии (Буковина). Во всяком случае, Пилсудский сознательно шел на риск временной утраты Восточной Галиции и даже Львова.

{276} Последняя цифра — согласно сведениям польских источников.

{277} Пилсудский рассчитывал, что воздействие его контрманевра на Варшавском направлении скажется не ранее 19 августа (Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 571).

{278} Эта была сборная группа из разных добровольческих формирований и регулярных частей. Основным ее ядром являлись 18-я пехотная бригада и 8-я кавалерийская бригада. Общая численность к 1 августа достигла 4390 штыков и сабель (Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 67–69).

{279} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 57–58.

{280} Там же, с. 69.

{281} Там же, с. 98.

{282} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 60.

{283} Перебрасывалось с Украинского фронта.

{284} Шла походным порядком из Варшавы.

{285} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 60.

{286} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 60. Из опасения, что и этот приказ может сделаться известным красным, ген. Розвадовский собственноручно написал и размножил его и поставил на нем вымышленный № 10000.

{287} Там же, с. 61.

{288} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 61–62.

{289} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 66–67.

{290} Очевидно, здесь Вейганд имел в виду направление Сибирский бригады на Зегрж, не зная еще о том, что Сикорский уже сам повернул ее на Модлин.

{291} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 77–78.

{292} Там же, с. 79–80.

{293} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 81–82.

{294} Там же, с. 86.

{295} Там же, с. 90–91.

{296} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 94.

{297} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 100.

{298} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 101.

{299} Шапошников Б. На Висле, с. 142.

{300} Шапошников Б. На Висле, с. 146.

{301} Там же, с. 147.

{302} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 103–104.

{303} Это случилось потому, что 27-я стрелковая дивизия по овладении Дрогичином прямо двинулась вперед, а 17, 2-я и 10-я стрелковые дивизии предварительно должны были принять вправо и нацелиться затем уже на новые направления своего движения.

{304} Только теперь начинает выясняться в полной мере удельный оперативный вес боя за Радимин. Например, Фори, сам участник событий 1920 г. на Польском фронте, наш успех на Радиминском участке поля сражения определял как прорыв центра 1-й польской армии. По его словам, красные части были уже в 15 км от мостов на Висле, и потребовалось привлечение значительной части резервов фронта для контратак, которые длились два дня (см. рецензию Фори на книгу Сикорского в «Revue militaire francaise» за 1929 г.).

{305} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 106.

{306} Сикорский. Над Вислой и Вкрой, с. 117.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное