Читаем Грани Власти полностью

Этот кабинет и еще несколько комнат — мое очередное приобретение, доставшееся в уплату долга по векселям. Раньше здесь была квартира, которая занимала весь второй этаж трехэтажного каменного здания. Принадлежала она когда-то вдове купца, который еще при жизни набрал займов, чтобы расплатиться с кредиторами по карточным долгам.

Квартиру я решил разделить на две части. В первой теперь была контора моего управляющего, а во второй поселился он сам, а также его супруга и дочь. Денег за проживание, в отличие от мадам Вебер, я с него не брал.

— Благодарю вас, ваша милость, — Дормаль учтиво поклонился. — Это больше, чем мы могли ожидать.

— Мне лестно это слышать, — кивнул я и произнес, меняя тему: — С минуты на минуту сюда прибудет дама, с которой у меня состоится очень важный разговор. Распорядитесь, чтобы нам принесли закуски и вино, а также проследите, чтобы нам никто не мешал. И да… Все бумаги готовы?

— Они на столе, ваша милость, — снова поклонился Дормаль.

Он хотел было прикрыть окно, сквозь которое врывался многоголосый шум толпы. Народ собрался на площади, чтобы насладиться зрелищем казни членов гильдии Ночных волков. О том, что каменные рыцари разгромили логово вервольфов и прикончили мать стаи, а также взяли в плен нескольких оборотней и их прихлебателей вот уже целую неделю судачит вся столица.

— Не надо, — остановил его я. — Пусть будет открыто.

Дормаль молча кивнул и удалился, а я, встав с кресла, приблизился к окну и стал наблюдать за происходящим на паперти. Было такое чувство, словно я снова перенесся в тот день, когда был уничтожен ковен ведьм.

Толпа, жаждущая крови, жрецы и каменные рыцари, окровавленные тела пленников, приговоренных к смерти.

Правда, кое-что изменилось. Прошлые ошибки были учтены — в оцеплении теперь было чуть ли не в пять раз больше бойцов.

Звук открывающейся двери отвлек меня от размышлений. Я обернулся.

— Она здесь, — произнес Дормаль.

— Просите, — сказал я, прикрывая окно и отсекая шум с площади.

Спустя несколько мгновений на пороге кабинета появилась Исабель Легран.

Хм… А она нисколько не изменилась. Все тот же птичий профиль, темно-серый наряд и надменный взгляд. Хотя, нет. Уже удивленный. И, похоже, моя тетушка удивлена искренне.

— Это какая-то шутка? — холодно осведомилась Исабель, глядя на меня в упор.

— Мадам, о чем вы? — слегка пожал плечами я. — Не вы ли сами напросились на встречу с векселедержателем?

— Да, но… — Исабель нахмурилась, а в следующее мгновение в ее глазах мелькнуло понимание.

Она оценивающе прищурилась и поджала нижнюю губу, сделавшись еще больше похожей на птицу.

— Выходит, это твоих рук дело? — холодно произнесла Исабель.

— Если вы о том, что я скупил ваших векселей на две тысячи империалов, тогда вы правы. Это моих рук дело.

Узкие ноздри Исабель задрожали. Ее тонкие губы были слегка поджаты. Весь ее вид выражал разочарование и презрение.

Дед Макса входит в золотую сотню, и две тысячи империалов — это не та сумма, которая способна нанести ущерб его огромному состоянию. Но даже такой отток наличных денег из оборота станет для него неприятным фактом.

Должен заметить, векселя Легранов и других крупных торговых домов обошлись мне дороже векселей дворян. Это потому, что купцы более платежеспособные ребята. В этом я уже успел убедиться.

Снабжая деньгами Захария Берона, дабы не обрушить цены на драгоценные камни в Эрувиле, Михаэлю Руппу, ювелиру, с которым я вел дела, даже пришлось выезжать из столицы и распродавать мои камни в других крупных городах Вестонии.

— Прошу вас, мадам, — опередил я тетку Макса. — Будьте моей гостьей. Сейчас принесут закуски, фрукты и вино. Уверяю вас, нам есть, о чем поговорить.

Исабель на мгновение застыла, но потом, решив что-то для себя, молча направилась к столу. Грациозно опустившись в кресло, она также молча подождала, пока помощники Дормаля накроют на стол, и когда они вышли, наконец, обратилась ко мне.

— Должна заметить, что ты не перестаешь удивлять меня, — не меняя тона, произнесла Исабель. — Еще совсем недавно ты сидел по уши в долгах в той дыре на западе, и самая крупная сумма, которую ты пытался выклянчить у меня, была две сотни крон. Теперь же ты предъявляешь мне счет в две тысячи империалов.

— Мадам, я, конечно, предполагал, что вы были не самого высокого мнения обо мне, но сейчас, право слово, мне как-то даже не по себе, — произнес я, разливая вино по бокалам. — Неужели вы настолько не верили в своего племянника?

— Я верю своему опыту, — отрезала Исабель. — Невозможно за столь короткие сроки превратиться из нищего ничтожества в преуспевающего дворянина. Отец и остальные в семье считают, что у тебя появился очень влиятельный и богатый покровитель.

— Вы сказали «отец и семья»? — спросил я, сделав маленький глоток из своего бокала. — Смею предположить, вы иного мнения?