Читаем Грани Сингулярности полностью

«…они не согласны со мной. Говорят, безумная идея. Ха! Пусть предложат что-нибудь лучше! Они способны только скулить да грезить о былых временах. Наш мир безвозвратно потерян для нас и поддержки оттуда ждать не приходиться. Жаль, помощь некоторых моих соратников, оставшихся там, сейчас очень пригодилась бы. Но придется работать с тем, что есть. Мы сейчас на Земле с несколькими моими субличностями. Нужно найти или сделать самим какое-нибудь убежище. Желательно под землей — так нас сложнее будет обнаружить. Наш корабль сильно поврежден, а вместе с ним и часть оборудования, поэтому действовать нужно как можно быстрей. Нирват вроде бы нашел что-то подходящее — это что-то вроде подземелья. Его нужно только чуть-чуть подправить, чтобы получилось полноценное убежище. Мы замаскируем наш корабль, а сами спрячемся в подземелье. У нас будет время восстановить оборудование, а потом и корабль. Да, придется нелегко. Но цель — храм Серых ангелов — того стоит. Мы возможно сейчас единственные, кто знает о его местонахождении. Как только мы доберемся до него… о, тогда все увидят… впрочем, это не для дневника».

224.65.168-XX п. э.

«Восстановление оборудования идет полным ходом. В нашем подземелье мы обнаружили две пещеры, соединенные тоннелем. В первой, самой большой, мы сложили поврежденное оборудование, во второй я занимаюсь своими экспериментами. Пока Нирват, Эльд и Амер восстанавливали центральный генератор, я решил проверить образец четыре, уже второй день находящийся в состоянии анабиоза. Сегодня он приятно порадовал меня, проявив первые признаки активности — по-моему, он пытался принять некую определенную форму. Я решил вынести его наверх. Помню, тогда еще подумал, что на природе в лесу ему должно понравиться. Естественная обстановка и все такое… В общем, я оказался прав. Увидев какую-то небольшую птичку, образец очень оживился и даже частично трансформировался в нее. В частности образцу удалось сымитировать крылья и голову птицы. Он даже сделал попытку взлететь, но неудачную. Если бы у образца было бы больше времени, думаю, он бы сумел подкорректировать свои характеристики и совершить полноценный полет. К сожалению, к вечеру он, как и все прочие образцы, умер. Продержался он восемнадцать часов после выхода из состояния анабиоза. Надо признать, это неплохой результат. Ни один из предыдущих образцов больше десяти часов не продержался. Это, несомненно, успех, хотя работы еще очень много».