Читаем Грани Игры (СИ) полностью

Тём проводив глазами эту команду мстителей и повернулся к Клаусу, который сидел на кровати уложив скрещенные ноги на стоящую перед ним табуретку. При этом он беззаботно полировал кинжалом ногти на пальце левой руки.

— Кто там был?

— Думаю, это был муж исповеданной вами сегодня днем дамы, учитель.

— Да? Как думаешь, чего они хотели?

— Я думаю, они хотели исповедаться у вас. Или вас исповедать.

Инквизитор заметно поскучнел.

— Вот что за беспокойный народ, встреча с которым мне совершенно не интересна. Нет, чтобы дома сидеть, и, причастившись глоточком вина, предаваться мыслям о красоте всего сущего. Нет, они бродят по улицам в поисках иллюзорной справедливости. Чтобы исповедаться у меня они недостаточно верят в любовь, а чтобы исповедовать меня, они недостаточно святы. Так, что собирайся, ученик. Нам пора.

— Учитель, вы боитесь толпы каких то мужиков?

— Я никого не боюсь. Я могу разделаться с этими горожанами в несколько минут. Но в этом нет ни славы, ни благочестия. Ибо я караю за ересь, а не за заблуждения. Я инквизитор. И пока я спасаю чужие души и жизни, я остаюсь инквизитором. А, перебив этих глупых, впавших в заблуждение горожан я бы убил свою Веру и не имел бы права оставаться инквизитором. А этого они от меня не дождутся.

Тём не стал выяснять кто такие эти "они", продолжая молча выгребать предметы из своего временного хранилища в рюкзачек.

Клаус запахнулся в плащ, придирчиво осмотрел себя в тусклом, маленьком зеркале, висящем на стене напротив, и скомандовал Тёму:

— И чего ты там копаешься? Выходим.

Они вышли из комнаты в пустой коридор и, пройдя его полностью, во входных дверях столкнулись с каким-то горожанином, державшим в руках приличных размеров палку и припоздавшим с ней к началу разборок. Увидев, идущих навстречу Клауса и Тёма он широко открыл рот, чтобы заорать, но был обезмолвлен простым жестом инквизитора, приложившим указательный палец к своим губам.

На последовавшее "Тсс" горожанин быстро и согласно закивал и, демонстрируя свою понятливость, тут же уронил палку себе под ноги.

От гостиницы отошли спокойным, даже неторопливым шагом. Учитель шел, казалось, напрочь забыв о возможных преследователях. Тём всё же не выдержал и оглянулся посмотреть, не идет ли за ними встретившийся в дверях мститель. Мститель намного более широкими шагами спешно и тихо удалялся в противоположную от них сторону.

— Учитель, а чего мы идем в центр города, а не к городским воротам?

— Мне надо со Стефанией повидаться

Очень хотелось спросить что-нибудь доброе, что-нибудь вроде простого вопроса "Не навидались ещё?", но Тём решил добро пока поберечь.

Дом, у дверей которого остановился Клаус, если и был больше и богаче соседних, то совсем немного. Клаус нисколько не сомневаясь, постучал рукояткой меча в дверь.

Из дверей на стук выскользнула девушка, уже без вуали и в пышном платье, но, по — прежнему, в облаке из запаха жасмина.

Стефания бросилась к инквизитору, с тревогой предупреждая его.

— Клаус, муж пошел тебя искать.

— Я знаю. Не волнуйся. Я видел его в "Весёлом поросенке".

Женщина отпрянула от Клауса

— Но с ним же всё нормально? Ты же не стал его трогать?

— Стефа, Стефа. Неужели, после того как ты мне доверилась, ты могла так подумать обо мне?

Стефания успокоено опять прильнула к инквизитору.

— Нет. Просто я и за него тоже волнуюсь.

— С ним всё нормально. Я пришел попрощаться.

— Ты уже собрался уходить из нашего города?

— Да, мне удалось узнать, где может быть Генриетта. Я сделаю всё, чтобы спасти твою подругу. Но прошло уже слишком много времени, а зло, как плесень пожирающее душу, действует очень быстро. Пообещать могу только одно, — ты скоро либо встретишься с прежней Генриеттой, либо она больше никогда не прийдет к тебе, как посланница Тьмы.

— Всё- Клаус быстро и коротко поцеловал Стефанию и всё-таки решил ответить на немой вопрос в глазах Стефании.

— Я не знаю, когда вернусь. У меня есть несколько дел на Севере. И ученик.

— Будь осторожен. И знай, — тебе есть к кому возвращаться. Я скажу пару слов твоему ученику, можно?

— Да. И ещё раз "да".

Молодая женщина подошла к Тёму и, взяв его за руку, спросила:

— Это же ты стучался в комнату, когда там была я? — и, дождавшись подтверждающего кивка от Тёма, продолжила.