Читаем Грани Игры (СИ) полностью

Поймав на себе одобрительный взгляд обернувшегося к нему Фроки, Тём тут же осознал, что отношение ярла к нему изменилось и сразу проверил свою интуитивную догадку:

— Энжи, что нового?

— Смотри.

Вами получено достижение "Военный барабанщик"

Достижение добавляет 2 % боевого духа вашим соратникам в радиусе 50 метров.

Достижение добавляет 5 % уважения с военными вождями Севера.

Если до этого оно составляло меньше 10 единиц, то вы так же получаете 10 единиц этой характеристики.

И в предрассветной тишине стук барабана зазвучал ещё пронзительней и сочнее, а держащий весло рядом с Тёмом кормчий, радостно заугукал в ритм.

К острову подошли через три часа, уже в полной тишине, когда солнце стояло высоко, отпустив корабль Гуннара вперед, в засаду и теперь ожидая появления драккаров Тросфеля с минуты на минуту.

И эта минута не заставила себя ждать, обозначив начало боя звучным ревом рога с драккара Гуннара, до времени хоронившегося в потаенной пещере, на пол пути от острова в открытое море.

На драккарах Хрольфа и Фроки Молота протрубили ответ и корабли, выскочив из-за скал, понеслись навстречу двум кораблям Тросфеля.

Места для маневра тем просто не оставалось — слева скалы, а за ними мель, справа более низкий, но тоже каменистый берег, так что идти можно было только вперед, лоб в лоб, готовясь таранным ударом снести закрывающие выход в море драккары врага.

Тём, закрыв глаза, полностью отдался ритму, даже не глядя зная, что вот сейчас, ведомые его барабаном, вскакивают в едином порыве со своих мест гребцы, срывают с борта драккара свои щиты, подхватывают свое оружие, в то время как отдыхавшая от весел смена, уже была полностью готова к битве. И едва носы драккара Фроки и тридцати двухвесельного монстра Тросфеля соприкоснулись, под треск не успевших быть убранными весел, хирдмены пошли в атаку, забрасывая противника копьями вперемешку с кошками, надежно сплетающих два корабля в одно поле битвы.

Вонзившееся в бочонок между рук Тема копье, весомо намекнуло, что враг тоже не слабак и готов отчаянно драться за свою жизнь. Низкие борта драккаров позволяли облаченным в кольчуги воинам сходу, не дожидаясь, когда упадут мостки, перепрыгивать на борт вражеского корабля. При этом процесс шел непрерывно и в обе стороны.

Тем высмотрел Игора, который отчаянно рубился своей секирой уже на корабле Тросфеля. Возле него было только двое друзей, Фроки и с два десятка Морских королей из близкого окружения ярла. Отвоевав в первом атакующем порыве несколько метров на чужом корабле, сейчас они медленно отступали, прикрываясь щитами, теснимые со всех сторон бойцами Тросфеля. "Может он и старая, злобная акула", — подумал Тём, "но хирд у него отменной выучки, ни в чем не уступающий хирду Фроки". А учитывая, что их драккар по численности команды раза в полтора уступал людям Тросфеля, вопрос, кто будет чьим призом, оставался открытым.

Выдернув из бочонка копье, Тём метнул его через голову своего кормчего в удачно подставившуюся спину какой-то вражины. И попал, заставив того обернуться и тут же полететь под ноги Тёму с перерубленным мощным ударом секиры позвоночником. Как Игор успел оказаться у этого края драккара, Тём так и не понял.

Остальные из той группы, включая и ребят Игора, продолжали сражаться, сплотившись вокруг своего ярла и образовав "стену щитов". Они стояли в тесном кругу, щит каждого воина соприкасался со щитом его товарища и это позволяло выстоять под беспорядочно накатывающимися волнами атакующих.

От желания встать в первый ряд, Тёма остановил рык Игора:

— Не лезь в прямую схватку. Мы уже Графа и Батяню потеряли. Крепкие сволочи оказались. Это не бой, а просто песня какая-то!

Ещё один морской шакал упал за борт, располовиненный секирой хая.

— У тебя копье, бей из-за моей спины. Неважно, что урон малый, я восполню. Главное, что твой удар может сбить чью-то атаку с меня. И не стой, двигайся!

Самому Игору приходилось все время увертываться, отклоняться, "нырять", отпрыгивать вбок или назад, чтобы избежать ударов по ногам и при этом "держать спиной" Тёма. Он постоянно двигался, порхая как бабочка, вот только удар его бродэкса был куда страшнее, чем жало осы, кроша в мелкую стружку подворачивающихся под лезвие врагов. При этом, сам удар у Игора был поставлен не просто сверху вниз, а под небольшим углом слева направо, так, чтобы топор с чваком входил в неприкрытую щитом или кольчугой шею.

Тём остро позавидовал чувству равновесия хая, которое, совместно с акробатикой, в такой тесной схватке, было жизненно необходимо.