Читаем Грани Игры (СИ) полностью

В печной трубе что-то возилось, пищало и шуршало. Тём прочитал молитву номер семь из сборника первоапостолов на изгнание духов. Шуршание не утихло. Тогда он отдвинул заслонку и засунув руку по локоть внутрь узкой трубы, попытался ухватить шуршуна пальцами. Через пару мгновений, получив в ладонь укол — щипок от бившейся там тварюшки, он извлек из трубы зажатую в руке добычу.

Это был обыкновенный маленький воробей. Видимо влетел в трубу, ищя убежище от непогоды. Тём ощутил, как сильно бьётся сердце в крохотном, теплом и мягком тельце, зажатом в его ладони. Он поднёс птицу ко рту и резким выдохом взъерошил перышки на голове у воробья. Желтый птичий глаз раширился, сердце ещё сильнее стало биться в перепуганном тельце, будто пытаясь этими ударами разжать сковывающую его свободу ладонь.

Всё было как в детстве. Сколько он переловил в дедовском доме таких совсем молодых, едва ставших на крыло, дураков- воробьёв. Только у тех глаза были черными. И всегда, радостно показав деду свою добычу, он выпускал их на волю.

Тём распахнул дверь на улицу и резко подбросил воробья вверх.

— Лети дурачок, и больше не ведись на обманчивое тепло.

Маленькая птица изо всех сил замахала крыльями и через миг исчезла в густых ветвях подступающих к домику высоких деревьев.

В углу домика нашлась вязанка сухих дров и через короткое время огонь жадно их начал поглощать, отдавая взамен тепло и испаряя влагу из расвешенной над печкой одежды.

А норд глядя на разноцветные язычки плмени, раздумывал о том, что каждая вещь уместна в свою эпоху и пытался представить себе, как бы он выглядел в доспехах и со Змеей крови в одной руке и зонтиком во второй. Картинка получалась веселая.

Он находился в поисках Клауса уже третий день. Долгие поиски Учителя уже стали входить в привычку. Кажется, он легче смог бы найти инквизитора в столичном Эйгене, чем в этой глухомани, куда зачем-то подался Клаус.

И вот сейчас замерзший норд сидел прямо на полу, вплотную к камину, боком ко входной двери и грел над огнём озябшие руки.

Скрипнувшая дверь и закрывшая дверной проём черная фигура застали норда уже крепко стоящим на ногах спиной к стене.

Незнакомец не переступая порог, окинул все углы дома внимательным настороженным взглядом, и, не увидев для себя никакой опасности, нехорошо улыбнулся норду.

— Повезло мне. Поиздержался я силой в дороге. А пополнить негде было. А тут мне на удачу путника Темный Властелин послал. Вот уж свезло, так свезло.

Тёму будто иголками пронзило предплечье. В том самом месте, где уютно расположившись на его руке, взрослел его тотемный котёнок. Рысь. Или Рыся. Энжи пояснял, что возможности котёнка будут увеличиваться по мере того, как будет расти и делиться силой с тотемным знаком сам Тём.

Знак научился предупреждать об опасности?

Тём положил руку на рукоять кинжала и ощутил, как начинает оживать камень в рукоятке некогда любимого оружия принцессы. Необычный холод остудил рукоятку и ткнулся в ладонь, неся с собой ярость и ненависть.

Душа Патриарха, пожалуй, впервые со времени посещения салона "Крем", проявила себя так сильно. Пара мгновений, в которых во время медитаций к Тёму приходили чужие видения, были не в счет.

В первом видении он — патриарх и девочка — вампир из салона мадам Катрин стояли на какой-то высокой башне, а внизу огромным темным пятном растекалась громада незнакомого ночного города.

Второй раз Тём ощутил себя сидящим с этой же девушкой на большом скальном выступе, нависающем над тихой, темной рекой. Над ними бледно — желтым фонарем висела низкая, огромная луна. Серебряные блики бежали по черной воде и притягивали взгляд.

Оба раза они с девчонкой держались за руки и говорили, говорили, говорили. И никак не могли наговориться.

И чувства от этих видений шли к Тёму спокойные и умиротворенные. Сейчас всё было по — другому. Тём сильнее сжал рукоятку и открылся, впуская в себя, рвущуюся из камня чужую ярость и ненависть. После чего ответил равнодушно смотревшему сквозь него незнакомцу.

— Тут тебе не английский клуб. Может тебе и свезло, но мне, почему-то, кажется, что ничего тебе не обломится.

Уже вошедший в дом служка Тёмного Властелина впервые посмотрел не сквозь Тёма, а прямо ему в глаза.

От последующего за этим взглядом неуловимого движения вперёд внезапно обнажившимся клинком, норда спасли два "подарка" от вампира. Выученный ранее "рывок" и только что полученная ярость, временно увеличившая его статы, в том числе и ловкость.

Но даже этого бонуса Тёму хватало только на защиту, о контратаке он даже подумать не успевал.

Следующие два быстрых выпада острого клинка приняла на себя глевия.

Такое сопротивление жертвы если и не разозлило Тёмного, то удивило точно. Быстрым прыжком спиной назад за круг уверенного удара Змеи крови, он разорвал дистанцию с нордом, после чего внешне расслабленно прошелся перед ним, опустив при этом свой клинок вниз, острием в пол.

Если это была попытка выманить норда на безумную атаку, то она была напрасной.