Древесина этой породы очень ценится у оружейников, строителей саун и изготовителей музыкальных инструментов.

Ваша выносливость повысилась на 2 единицы.

Ваша стойкость повысилась на 2 единицы.

Навык лесоруб достиг максимальной величины.

Читая сообщение, Тём его мысленно комментировал: "Вещь классная, но пусть полежит. В рюкзак не влезет, а на плече не сильно потаскаешься. Клаус вон мумию "моего" вампира в ближайшей же таверне пристроил, без всякой гарантии когда-нибудь вернуться, чтобы выпить свою навсегда бесплатную чашу вина. А тут целое бревно!", "особо умилили строители саун, видать спрос на них и здесь не слабый", "гм, а грозили, что ни очков, ни достижений, ничего не будет. Или это продолжение бонус за досрочный ответ и помощь счетовода?", "хоп! Теперь точно без куска хлеба не останусь! В тяжелые дни буду у старушек топором монеты зарабатывать".

Второе сообщение было о повторном изменении задания "Торжество справедливости".

Только в нём вместо "третьего присутствующего на встрече лица" теперь значился "брат Иль из Ордена плачущей Богини".

Прежде, чем шагнуть вслед за Витом в портал Тём успел выслушать два пожелания.

— Веди себя в разговоре с братом Юром уважительно, но достойно. Помни, что ты мой ученик, — от наставника

И:

— Не задерживайся там, нам ещё молитву " Радость в упокоении" вечером разучить надо, — от Эшшу.

Глава 14. Такая разная дипломатия

Отсчет плюс 4 от точки бифуркации.

Брат Юр по сравнению с Клаусом, а уж тем более с братом Витом не впечатлял ростом. Но в истории, нет, не так, — в Истории невысокие и уж совсем невысокие люди творили чудные дела намного чаще, чем гиганты. Пес его знает, от чего так происходит. Психологи и злые языки рассказывают о каких-то детских комплексах, но Тём был уверен, что маленькие люди в детстве просто прилагали больше усилий, чтобы чувствовать себя в этом мире на равных с остальными. А во взрослой жизни им этих усилий оказалось достаточно, чтобы уже мир равнялся по ним.

Как бы там ни было, но от этого невысокого, одетого в черную рясу до пят и с кожаными нашлепками на локтях, человека, с почти совсем седой головой, стоило ему поднять от разложенных на столе бумаг взгляд на вошедших, почти зрительно распространилась какая-то властная, притягательная сила.

И контраст седины, редкой для человека средних лет, но свидетельствующей о том, что жизненный путь брата Юра если и был услан розами, то исключительно шипами вверх, навстречу босым стопам его ног, и глаз, живых, умных, и одновременно юных, только увеличивал эту силу. Хозяин кабинета посмотрел на норда доброжелательно и иронично, и Тём отметил, что подобный взгляд имеет и его наставник. Разве что у Клауса он немного более жесткий. Или всё таки более прямой? Ладно, по ходу разговора разберемся. Тем более что с разговором брат Юр затягивать не собирался и сразу поздоровался. При этом он немного растягивал первые звуки в словах, то ли едва заметно заикаясь, то ли демонстрируя привычную для себя манеру говорить вдумчиво и не спешно.

— З — здравствуйте. Брат Вит, я рад, видеть тебя здесь с учеником Клауса. Значит, мы не ошиблись в своих предположениях. Постой в коридоре, проследи за тем, чтобы для всех по ту сторону двери этого разговора не было. Для тебя же то, о чем мы будем говорить не новость, — казначей дождался пока брат Вит, коротко поклонившись, прикроет за собой дверь, и с новым интересом посмотрел на Тёма.

— Интересных учеников нашел себе Клаус. И ты хорош, а уж выбором ученицы я и вовсе удивлен, хоть и не поражен. Да, не поражен, как это наверняка случится с некоторыми из наших коллег. Хотел бы я увидеть их лица, когда они услышат эту новость, — брат Юр мечтательно улыбнулся.

-. Ну да всем успокоительных капель в подарок не пошлешь. К тому же, такую уйму капель не по одной статье расходов потом не спишешь. К счастью, Клаус единственный инквизитор в коллегии, который может ввести меня в такие траты, — и сказано это было о наставнике с такой обаятельной иронией, что Тём не мог ей не поддаться.

— Тём, я как раз собирался перед вашим приходом пить чай. Составишь мне компанию или может тебе налить рюмочку вина из наших подвалов? Сам я вино не пью. Держу для гостей.

Прежде чем ответить, Тём осмотрелся. Кабинет казначея ордена Плачущей Богини совсем не походил на келью аскета, хоть и лишней роскоши в нем не было. Каждая находящаяся в нём вещь была на своем месте, каждая была не случайна и кроме функциональности несла сдержанную красоту и изящество. И если бы на каждом стуле, чаше или чернильнице нашлось бы клеймо какого-нибудь знаменитого мастера, норд бы совсем не удивился.

— А я гость?