Ксения Ратникова

Грань миров

Пролог

Страшно. Перед глазами все плывет, дышать нечем от дыма, тело будто онемело. Вадим пытается позвать маму, но горло настолько пересохло, что вместо звуков получается едва слышный хрип. Вдалеке воют сирены. Полиция или скорая? Вадим никогда не мог отличить их по сигналу. Он слышит приближающиеся шаги, голоса.

Рядом раздается скрежет такой громкий, что хочется оглохнуть. Но даже зажать руками уши Вадим не в состоянии, не в состоянии пошевелиться или сдвинуться с места. Он проваливается в бездонную яму или парит в невесомости над черной пропастью. Паника охватывает его на несколько кратких мгновений, а на смену ей приходит безразличие и темнота. Постепенно и остальные ощущения размываются, расплываются и исчезают…

Вадим приходит в себя, но не может открыть глаз. По телу разливается слабость, а в голове все еще мелькают картинки из странного сна…

Он прятался за каменной колонной от стражницы, которая с минуту на минуту должна была войти в комнату с проверкой. Действительно, дверь вскоре открылась, и раздались тяжелые шаги. Аридан почему-то знал, что стражица проверяет, все ли в порядке с ее госпожой. Такой порядок установил для стражи сам король. 

Как только закрылась дверь, Аридан вышел из укрытия и приблизился к широкой кровати, на которой лежала юная девушка с красивыми серыми волосами. Она улыбнулась и села, отбросив одеяло, под которым уже была разложена карта. Рядом на кушетке спала женщина, но отчего-то Аридан не переживал, что она проснется. Он устроился рядом с девушкой на кровати и ткнул пальцем в карту за пределы крепости. 

– До побега осталось два дня, принцесса. 

– А когда мы выберемся, где будем жить? – тихо спросила она.

– Какое-то время нам придется скрываться, – с уверенностью ответил Аридан. – Ирлим подготовил домик на хуторе в окрестностях Саунфа. 

– Мы будем жить одни? 

– С Норой, служанкой Тиеной и Увирсом, – Аридан почему-то почувствовал легкое раздражение. – Ты же еще несовершеннолетняя, к тому же принцесса. Никто нас одних не оставит.

Принцесса вдруг сжала его руку. 

– Мне опять снился тот сон… Я боюсь, Аридан, боюсь, что мы не успеем…

Он притянул принцессу к себе, сжав в объятьях. 

– Успеем, я обещаю тебе. 

Видения уступают реальности урывками, когда Вадима вытаскивают из машины. Он не может открыть глаза, нет сил, но слышит прекрасно. Чужие голоса шепчут, говорят о погибших пассажирах. Вадим еще не понимает, о ком именно речь, и до сих пор словно витает в облаках. Опять вспоминается странный сон, только теперь он лежит на холодном камне, над ним простирается голубое ясное небо, а по бокам высятся скалы, золотистые в лучах солнца. С одной стороны прямо в скале вырезаны огромные статуи. По телу струится необычайно-приятное тепло, унимает боль и погружает в дрему. Сквозь пелену Вадим видит сидящего рядом старика в сером балахоне и с надвинутым на глаза капюшоном. А потом картинка расплывается и меняется. Он снова видит расписные колонны в комнате с высокими потолками, толстые свечи в напольных подсвечниках и уже знакомую девочку с косой цвета золы. Она сидит на мягкой подушке и играет на бежевым с витиеватыми узорами инструменте, похожем на флейту…

Глава 1. Сосед-Хоттабыч

Вечером Вадим стоял на балконе, смотрел в открытое окно на ночные огни и думал. Чаще жизненным неурядицам и катастрофам предшествуют предвестники или, напротив, – затишье, но когда вся жизнь давно скатилась черт-те куда, трудно заметить точку, с которой все началось. Вернее, первую отправную точку Вадим прекрасно помнил – авария и смерть родителей. Возможно, это и стало тем переломным моментом, когда жизнь беззаботного мальчика перевернулась раз и навсегда.