Читаем Графиня Листаль полностью

Приехав в Лондон, он стал мечтать о том, как–бы составить ассоциацию из своих соотечественников, укрывшихся в Англии; цель этой ассоциации была самая многосторонняя: сам Джэк более не работал, а довольствовался тем, что давал советы тем, которые еще не освоились с нравами и обычаями Великобритании.

Что касается двух его товарищей, то они едва стоили того, чтобы быть названными, так как несколько ударов ножем еще не составляют известности.

Джэк слушал вопросы своих собеседников с иронической улыбкой, которая, казалось, хотела сказать:

— Я могу многое разсказать, но я хочу заставить себя просить.

— Ну, сказал Длинныя Руки, не скрытничай; ты меняешь сегодня уже второй суверен; это не естественно, тут что–нибудь да есть.

— Да…. очень может быть!

— Ну! так разскажи.

— Я буду платить за виски!

— О, это отлично! сказал, смеясь, Косматый. Так приятно в горле, когда пьешь и это так помогает разговору.

— Нет, этого мало, отвечал Джэк.

— А что же, твоя история занимательна?

— Она стоит целаго ведра джину.

— Не согласишься–ли на пинту?

— Поставьте бутыль, я согласен.

Друзья обменялись взглядом. Бутыль джину стоит четыре шиллинга и надо было сообразить, хватит–ли у них на столько капитала.

— Ну! куда ни шло! вскричал, наконец, Косматый.

Кэт была призвана, получила приказание и несколько мгновений спустя, Джэк, потягивая свой джин, начал разсказ.

— Вы знаете, мои дорогие друзья, заговорил он, что до тех пор, пока нам не удастся переделать свет, в нем будут совершаться ужасныя несправедливости?

— О! это совершенно справедливо! вскричал Косматый, припоминая несколько ударов плети, по его мнению, незаслуженных.

— Вы знаете также, продолжал Джек, не останавливаясь, что Сен—Лоран в Гвиане принадлежит французам.

— Конечно.

— Ну! один из наших товарищей, котораго я вам сейчас назову, возымел прекрасную идею оставить Нью—иорк, где он немного компрометировал себя, чтобы идти искать счастие в этой прекрасной стране, изобилующей индейцами и где, говорят, золото валяется по дорогам.

— Ну, это было не глупо, заметил Длинныя Руки.

— Нет…. но что было глупо, это то, что золота не оказалось и что в замен того, индейцы оказались очень щепетильны…. Один из этих негодяев, сказал нашему другу, что знает дорогу в Эльдорадо, страну алмазов. Но он не хотел выдать своей тайны, от этого завязалось ссора с краснокожим животным, индеец стал горячиться, тогда наш друг убил его Очень естественно, он нашел благоразумным удалиться; но счасте было против него…. он попал на отряд из Каэнны, разыскивавший какого–то беглаго. Новое недоразумение. Наш друг опять показал недостаток кротости…. он убил начальника отряда и двух солдат….

— Ну, молодец! с восхищением вскричал Косматый.

— После этого, он убежал в лес. Его преследуют, но не могут поймать… Но так как надо–же чем–нибудь жить, то он стал немного воровать, поджигать и грабить, где только представится случай. Его боялись на двадцать миль вокруг…. Самое интересное то, что у него вид настоящаго джентльмена…. Когда его встречали где–нибудь случайно, то его наружност и манеры не допускали ни малейшаго подозрения…. Он говорил мне, что никогда не убивал никого, не надев предварительно перчаток из боязни запачкать руки.

При этом последнем известии, два негодяя не могли удержаться, чтобы не расхохотаться.

— Хорошо! Но всему есть граница: и, в один прекрасный день, подлые люди, не останавливаясь перед изменой, застигли его ночью и связав по рукам и по ногам, предали французской полиции. Вот в чем несправедливость! Американец должен быть священ для этих проклятых французов, а то международное право есть, значит, не что иное, как пустое слово.

— Да, пустое слово! сказал серьезно Косматый.

— Одним словом, это так. Друг был взят, судим и приговорен….

— К смерти? докончили слушатели.

— Ну! нет…. Вот что страннее всего…. Почему ему не отрубили голову? я признаюсь, что ничего ни понимаю в этом чуде. Как кажется, он нашел себе адвоката, который доказал, что убитые им люди были сильно виноваты против него…. Одним словом, судьи удовольствовались тем, что отправили его на каторгу.

— На сколько времени?

— О! на всю жизнь… Конечно, это было очень жестоко, потому что нашему молодцу было тридцать лет и он не имел ни малейшаго желания посвятить лучшие годы своей молодости каторге.

— Что–же потом, спросили с нетерпением взволнованные слушатели.

— Чорт возьми! это очень просто…. для того, чтобы избавиться от каторги, есть только одно действительное средство….

— Бежать?

— Конечно. Он это и сделал. Но, так как он хитрец, то нашел и там француза, который поручил ему дело…. О! дело, в котором можно получить больше чем деньги.

— Что–же такое?

— Дети мои, если наш товарищ будет иметь успех, то он получит зараз громадное состояние, блестящее положение…. он получит себе семейство…. и я не знаю, где он остановится….

— Он здесь?

— Здесь.

— Но, зачем–же он явился сюда?

— Это не моя тайна. Я могу вам только сказать одно, он приехал жениться.

— О! о! о! вскричал Длинныя Руки, смеясь во все горло и выпивая пятый стакан джину.