— Ну, это совсем не трудно! — вмешался третий сосед. — Надо послать за слесарем, господином Риголо.

— Если это только для того, чтобы отпереть дверь, то не стоит: я когда-то открывал замок ножом.

— Ну, так открывай, мальчик мой! — молвил г-н Фароле. — Мы — свидетели, что ты это сделал не с дурными намерениями.

Питу вынул нож; потом на глазах доброго десятка людей, привлеченных происходившим, он подошел к двери и с ловкостью, свидетельствовавшей о том, что уже не раз пользовался этим способом, проникая в дом своей юности, он отодвинул язычок замка.

Дверь распахнулась.

В комнате царила темнота.

Но через отворенную дверь в комнату стал мало-помалу проникать свет — сумрачный свет зимнего утра, — и вот в этом неясном свете уже можно было различить лежавшую на кровати тетушку Анжелику.

Питу дважды позвал:

— Тетушка Анжелика! Тетушка Анжелика!

Старуха по-прежнему лежала молча и не двигаясь. Питу подошел к ней и дотронулся до нее.

— Ой! — вскрикнул он. — Она совсем замерзла!

Он распахнул окно.

Тетушка Анжелика была мертва!

— Горе-то какое!. — воскликнул Питу.

— Да уж не так оно велико! — заметил Фароле. — Она тебя не очень-то любила, мальчик мой.

— Возможно, это правда, — согласился Питу. — Да я-то ее любил!

Две крупные слезы покатились по щекам славного парня.

— Бедная тетушка Анжелика! — прошептал он. И он опустился перед ее кроватью на колени.

— Господин Питу! — обратилась к нему мамаша Фаго. — Вы скажите, если что нужно: мы в вашем распоряжении… Ах, Боже мой! Соседи мы или нет!

— Спасибо, мамаша Фаго. Ваш сын дома?

— Да. Эй, Фаготен! — позвала славная женщина. Подросток лет четырнадцати появился на пороге.

— Я здесь, мать, — доложил он.

— Попросите его сбегать в Арамон, — продолжал Питу, — и передать Катрин, чтобы она не волновалась; пусть скажет ей, что я застал тетушку Анжелику мертвой. Бедная тетя!..

Питу смахнул вновь набежавшие слезы.

–..пускай передаст Катрин, что я поэтому задержусь в Виллер-Котре, — договорил он.

— Слышал, Фаготен? — спросила мамаша Фаго.

— Да.

— Ну, проваливай! Беги!

— Забеги на улицу Суассон, — прибавил рассудительный Фароле, — и предупреди господина Рейналя, что он должен явиться засвидетельствовать у тетушки Анжелики внезапную смерть.

— Слышишь?

— Да, мать, — кивнул парнишка. Взяв ноги в руки, он помчался в направлении улицы Суассон, которая затем переходит в улицу Пле.

Толпа все росла; перед дверью столпилось уже около сотни человек; каждый делился своим мнением по поводу смерти тетушки Анжелики; одни склонялись к тому, что она скончалась от апоплексического удара, другие полагали, что причиной смерти явился разрыв сердечных сосудов, третьи высказывали предположение, что смерть наступила в результате крайнего истощения.

Но все сходились в одном:

— Если Питу не будет дураком, он найдет где-нибудь увесистую кубышку: на верхней полке шкафа, в горшке для масла или в матрасе, в чулке.

Тем временем прибыл г-н Рейналь в сопровождении гробовщика.

Все собравшиеся приготовились услышать, от чего же умерла тетушка Анжелика.

Господин Рейналь вошел в дом, приблизился к постели, осмотрел покойницу, пощупал надчревную область и живот и объявил, к величайшему изумлению всего честного народа, что тетушка Анжелика умерла от холода, а также, по всей видимости, от голода.

При этих словах Питу зарыдал еще безутешнее.

— Ах, бедная тетя! Бедная тетя! — приговаривал он. — А я-то считал тебя богатой! Ах, я несчастный, как же я мог тебя бросить!.. Если бы я только знал!.. Не может быть, господин Рейналь! Этого не может быть!

— Пошарьте в ларе и убедитесь, есть ли у нее хлеб! Загляните в дровяной сарай, и вы увидите, есть ли там дрова. Я ее всегда предупреждал, старую скупердяйку, что она плохо кончит!

Стали искать: в сарае не было ни щепки, а в ларе — ни единой крошки.

— Ах, почему же она ничего не сказала! — снова запричитал Питу. — Я бы раздобыл ей дров; я наловил бы ей дичи!.. Это и ваша вина, — продолжал юноша, обращаясь к обступившим его соседям, — почему вы никогда мне не говорили, что она живет в такой нужде?

— Мы не говорили вам об этом по одной простой причине, господин Питу, — отвечал Фароле, — все дело в том, что все были уверены, что она богата.

Господин Рейналь накинул одеяло тетушке Анжелике на лицо и направился к выходу.

Питу бросился за ним.

— Вы уходите, господин Рейналь? — спросил он.

— А что, по-твоему, мне здесь делать, мой мальчик? — отозвался тот.

— Так значит, она умерла? Доктор пожал плечами.

— О Боже, Боже! — горестно вздохнул Питу. — Умерла от холода и голода!

Господин Рейналь знаком приказал ему подойти ближе.

— Мальчик мой! Я все-таки советую тебе хорошенько все облазить; ты понял?

— Господин Рейналь! Вы же сами говорите, что она умерла от холода и голода!..

— В жизни встречаются скупые, умирающие от холода и голода, лежа на своих сокровищах, — заметил доктор Рейналь.

Приложив палец к губам, он прошептал:

— Тсс!

И он ушел.

Глава 3

КРЕСЛО ТЕТУШКИ АНЖЕЛИКИ

Питу, может быть, и задумался бы над словами доктора Рейналя, если бы в эту минуту не увидел издалека Катрин, бежавшую с сыном на руках.