Читаем Граф салюки полностью

– Он сказал, что вам все равно, живой или мертвой, но пусть он привезет меня к вам.

– Я только вот сейчас узнал, где ты работаешь, и никого никогда не посылал, клянусь тебе, ты веришь мне? – Варя кивнула, она была уверена в этом.

– Слуг-то моих ты всех знаешь, разве он из моих дворовых? Разыскивать тебя я посылал людей, но это раньше было и уж конечно без ножей.

Но зачем кому-то воровать или убивать ее? Кроме графа, никто и не знает о ней. Неужто Семен Семенович? Так щербатый и сказал бы, что он от Кукушкина… Да уж Кукушкин точно бы не стал церемониться, а приехал бы с мужиком каким да сразу и отпорол, тут же.

– Так если тебе кто-то угрожал, тогда тем более необходимо уехать со мной… Поехали, Варенька…

– Нет, я останусь тут. – Варя опустила голову и покраснела снова.

Покраснел и граф, он понял, что Варя боится его, что она вспомнила о той ночи.

– Где ты живешь?

– Здесь.

– В этом доме? – понял Сергей Иванович. – Тогда обещай мне не сбегать и никуда одной не ходить.

Он сам не знал, верить в этого щербатого или ей что-то почудилось. Какой-то пьяный мужик напугал, наверно. А может, кто влюбился в нее и вот так глупо пытается ухаживать.

– Может быть, тебе что-нибудь нужно?

– Нет.

– Так ты обещаешь мне оставаться здесь, не уходить?

Варя сама не заметила, как кивнула.

– Позволь мне заходить хоть иногда. Мне так не хочется вновь потерять тебя.

Он простился с Варей, поклонился хозяйке и молодому человеку и вышел. Элен и Алексей тотчас повернулись к Варе, ждали ее объяснений. Лицо ее горело. Она ничего не стала говорить, лишь извинилась и вышла. Войдя в свою комнату, Варя кинулась к иконе, стала горячо молиться, просила помочь ей разобраться, подсказать, что делать. Но сама так была рада, так счастлива, что граф вернулся, что он точно искал ее все время и что он все-таки любит ее и всем сердцем раскаивается и сожалеет о случившемся! Непонятно, о чем же тогда она молилась, что же хотела узнать и в чем еще надо ей разбираться? Граф так упрашивал ее, что ей стало жаль его, и вместо того, чтобы гордо прогнать или, по крайней мере, сбежать нынче же, ей хотелось сказать, что она уж давно простила его, пусть он не мучается и не убивается так. Совсем недавно она считала случившееся смертельной обидой и не думала, что такое вообще можно простить. А сейчас она жалела, что нынче не позволила коснуться руки.