Читаем Готы полностью

Хуже, чем откупавшимся от готов (если были деньги и другие ценности) эллинским городам, пришлось, однако, бесчисленным сожженным деревням и их беззащитным обитателям, павшим жертвой беспощадных готов. Как пишет Гиббон: «…пленные женщины подчинились законам войны; их красота служила наградой за храбрость, и греки, в сущности, не могли жаловаться на такое злоупотребление, которое оправдывалось примером героических времен». Правда, уважаемый автор не объясняет нам, каким образом готы могли проявить свою храбрость, если им никто не сопротивлялся. И даже Спарта сдалась «варварам» без боя…

В скорбном повествовании Эдуарда Гиббона о причиненных Аларихом Греции бедствиях есть один любопытный фрагмент: «Готский вождь продолжал свое победоносное шествие от Фермопил до Спарты, не встречая ни одного противника между смертными; но один из защитников издыхавшего язычества (восточноримский историк-язычник Зосим. – В.А.) положительно утверждал, что стены Афин охранялись богиней Минервой с ее страшной Эгидой и гневной тенью Ахилла и что завоеватель был испуган появлением враждебных греческих божеств (и потому якобы не разрушил Афины. – В.А.). В веке чудес, быть может, было бы несправедливо опровергать притязания Зосима, заявленные им для общей пользы; тем не менее, нельзя не заметить, что ум Алариха вовсе не был подготовлен к тому, чтобы подчиняться наяву или во сне влиянию греческих суеверий. Песни Гомера и слава Ахилла, вероятно, никогда не доходили до слуха необразованного варвара (оставим это утверждение на совести Гиббона. – В.А.), а христианская вера, которую он усердно исповедовал (курсив наш. – В.А.), научала его презирать созданных воображением римских и афинских богов. Нашествие готов не только не поддержало язычества, но, напротив того, хотя и случайно, содействовало искоренению его последних остатков, и мистерии Цереры (богини плодородия Деметры. – В.А.), существовавшие в течение тысячи восьмисот лет, не пережили разрушения Элевсина и бедствий Греции». Выходит, готский царь Аларих был добрым христианином (хотя, конечно, арианином) и способствовал, волей-неволей, полному искоренению идолопоклонства, продолжая таким образом дело благоверных василевсов Константина и Феодосия Великих. Надо думать, Аларих читал (если умел читать) или слушал Библию в «сокращенном, смягченном и обезвреженном» переводе Вульфилы, как и воинственные готы-ариане, разорявшие Элладу (а потом – и не только Элладу) под его командованием. Чего же тогда требовать от православных императоров-«ромеев», вроде Иоанна Цимисхия, разграбившего все города и церкви в захваченной им в 972 г., после ухода Святослава, православной (!) Дунайской Болгарии? Или от православного (!) василевса «ромеев» Василия II Болгаробойцы (преемника Иоанна I Цимисхия и шурина нашего князя Владимира Красное Солнышко), приказавшего ослепить плененных им в 1014 г. 15 000 (!) православных (!) болгарских воинов и отпустить их, оставив в каждой сотне ослепленных по одному поводырю с одним глазом? Не говоря уже о православном (!) императоре Константине IX Мономахе[417], повелевшим, после победы над войском православного (!) киевского князя Ярослава Мудрого (сына Крестителя Руси Владимира Красное Солнышко) под Константинополем в 1043 г. отрубить правые руки плененным «ромеями» – 800 православным (!) русским воинам, а их воеводу Вышату вдобавок еще ослепить. Правда, христианина-арианина Алариха извиняет то обстоятельство, что он зверствовал в Греции не над своими единоверцами, а над православными и язычниками. С другой стороны, православных римских императоров извиняет то обстоятельство, что из читаемой и почитаемой ими православной Библии никто не потрудился удалить смущавшие Вульфилу наиболее кровожадные и воинственные книги… Впрочем, довольно об этом…