Читаем Гостомысл полностью

Бояре скинули шубы и сели на лавку рядом.

Гостомысл многозначительно покосился на приоткрытую дверь.

Ратиша, заметив его взгляд, прошел к двери, приказал стоящим на посту отрокам, чтобы никого в комнату не пускали, и старательно прикрыл дверь. После этого присоединился к боярам.

Гостомысл, продолжая стоять, сурово объявил:

— Бояре, однако, плохие советчики из вас.

Бояре замерли, не понимая, о чем идет разговор.

Гостомыслу и не нужен был их ответ, он сразу приступил к делу.

— Мы тут с Ратишей подумали... — сказал он.

Бояре бросили иронические взгляды в сторону Ратиши. Но тот сидел с каменным лицом.

— ...и вот до чего додумались — когда у нас начнет сходить лед, в южной части Нево-озера его уже не будет. И корабли там будут ходить свободно, — сказал Гостомысл.

Медвежья лапа хлопнул себя по лбу и воскликнул:

— Ах, бестолковая у меня голова, айв самом деле — у города раньше лед сходит, чем у Корелы.

Стоум качнул головой и рассудительно проговорил:

— Плохо, что мы забыли об этом, — если на юге раньше сойдет лед, то даны смогут получить помощь, прежде чем мы выйдем на них.

Гостомысл сел в кресло у стола и спросил:

— Что делать будем, бояре?

— Надо скорее выходить походом на город, — сказал Медвежья лапа.

— Но на озере лед, кораблям не пройти, — намекнул Стоум.

— Тогда пойдем на санях, — сказал Медвежья лапа.

Стоум напомнил:

— Но у южного берега уже, наверно, открылась вода. А на озере множество промоин. Утонем все. Поэтому нельзя идти на санях по озеру. Надо идти по берегу.

— Ратиша, дай карту! — неожиданно сказал Гостомысл.

Ратиша быстро поднялся, подошел к полкам, нашел карту и развернул ее на столе перед князем.

Бояре стали вокруг стола.

Гостомысл обвел пальцем озеро на карте и пояснил:

— Вот это озеро. Здесь — Корела. Здесь — город. Прямо через озеро идти на санях — три дня. Вокруг, — морозы ослабли, болота начали оттаивать, — за месяц не доберемся.

— Надо идти на санях по озеру, — упрямо сказал Медвежья лапа.

— Нельзя идти на санях по озеру, — возразил Стоум.

— Почему?

— Потому что подумай лучше — а как будем переходить через открытую воду?

— Лодки возьмем с собой на санях, — сказал Медвежья лапа.

— Даны малые лодки утопят в два счета, — возразил Стоум.

Ратиша вмешался в разговор:

— А что если не лодки тащить, а сразу струги.

Медвежья лапа рассмеялся и проговорил:

— Ратиша, да ты никак с ума сошел? Как же тащить струги по льду за две сотни верст?

— Погоди, Медвежья лапа, — сказал Гостомысл и напомнил: — Но купцы-солевары таскают же ладьи из реки в реку по суше.

— Да, кладут на бревна и катят, — сказал Ратиша.

— Но не за двести же верст! — буркнул Медвежья лапа.

— Между прочим, они таскают ладьи по земле и в гору, — проговорил Стоум.

— Но не за двести же верст! — повторил Медвежья лапа. — У нас людей не хватит, и тащить будем месяц.

Ратиша отошел к окну и поежился — из почти незаметных щелей в раме тянуло ветром.

— Сильный ветер к ночи поднялся, — заметил Ратиша.

Медвежья лапа усмехнулся и сказал:

— В это время всегда дуют сильные ветры. Мы однажды на струге под одним парусом добежали от Корелы до города за полдня.

— Ну, ты и загнул, боярин! — укоризненно проговорил Стоум. — За полдня до города из Корелы только что на крыльях можно долететь.

Медвежья лапа не смутился:

— Так мы и летели как на крыльях. Ветер был такой сильный, что камни нес над землей...

— Стой! — воскликнул Ратиша.

Боярину не понравилось, что его перебивают.

— Ты, отрок, не кричи, а слушай, что старшие говорят, — начал отчитывать он Ратишу.

На губах Ратиши засияла улыбка.

— Прости, боярин, что перебил, но я знаю, что надо сделать! — воскликнул он.

Медвежья лапа ухмыльнулся.

— Молодо-зелено, а туда же — знаю!

— Хороший ты воин, Медвежья лапа, но плесневеть ум твой начал, никакой выдумки у тебя нет и другим ее высказывать не даешь. А тут без выдумки не обойдешься. — Недовольно проговорил Гостомысл и предложил: — Ты говори, Ратиша.Ратиша радостно доложил:

— Можно поставить струги на салазки и поднять паруса. Сильный ветер их сам потащит по льду, как по воде. А когда лед кончится, корабли соскользнут со льда и пойдут по воде. Даны и опамятоваться не успеют, как мы будем у стен.

Медвежья лапа покраснел, но, одобрительно отметив, — однако, отрок, ловко ты выдумал! — обратился к Гостомыслу:

Ратиша дело говорит — сейчас, особенно по ночам, дуют сильные ветра в сторону юга. Долетим на парусах за день. Вот только как будем править?

— Придумали эту хитрость, придумаем и другую, — сказал Стоум.

По выражению его лица было заметно, что он тоже обрадовался неожиданному решению проблемы.

— Сколько нам надо времени, чтобы оборудовать струги полозьями? — спросил Гостомысл.

— Дня хватит, — ответил Ратиша. — Я займусь этим.

— Поспеши, — сказал Гостомысл и обратился к воеводе: — Как старшая дружина — сможет выйти в поход через два дня?

За старшей дружиной задержки не будет — хоть завтра готовы выйти, — доложил Медвежья лапа.

— Припасы? — спросил Гостомысл.

— Припасы есть: пшено, рыба, мясо. За зиму рыбы и мяса заготовили на два года, — сообщил Стоум.