— Ищейка в черном, кто она? — неожиданно набросился на меня Джаред. Губы у меня затряслись, но я не ответила: безопаснее было промолчать.

— Ты же можешь говорить, я знаю, — прорычал Джаред. — С Джебом и Джейми ты говорила, поговоришь и со мной.

Он забрался в пещеру, сложившись в три погибели, пригнулся под низким сводом, и это его разозлило. Вероятно, он предпочел бы разговаривать, возвышаясь надо мной.

Бежать было некуда, я и так забилась в самый дальний угол. Мы с трудом помещались в пещере. Дыхание Джареда щекотало мне кожу.

— Говори, что тебе известно, — приказал он.

Глава 19

Отчаяние

— Что за Ищейка в черном? Почему она продолжает поиски? — Оглушающий крик Джареда эхом раскатился по пещере. В ожидании первого удара я закрыла лицо руками.

— Эй, Джаред… — пробормотал Иен. — Может, лучше мне…

— Уйди!

Голос Иена зазвучал ближе, раздался скрежет: Иен пытался втиснуться в каморку, слишком тесную даже для двоих.

— Она слишком напугана, говорить не будет. Дай ей прийти в…

Джаред сдвинулся с места — что-то царапнуло по полу, послышался глухой стук. Иен выругался. Я выглянула из-под пальцев: Иен куда-то скрылся, а Джаред стоял ко мне спиной.

Иен застонал и сплюнул.

— Второй раз, — проворчал он. Видимо, из-за несвоевременного вмешательства Иену достался предназначавшийся мне удар.

— Схлопочешь и в третий, — пригрозил Джаред, развернулся и посветил мне в лицо лампой, которой только что ударил Иена. После долгой темноты пещера озарилась сиянием.

Джаред вгляделся в меня при новом освещении и четко, раздельно произнес:

— Кто. Такая. Ищейка.

Я опустила руки и посмотрела в его безжалостные глаза. Меня мучила мысль, что кто-то другой пострадал из-за моего молчания — пусть даже этот кто-то однажды пытался меня убить. Какая-то неправильная пытка.

Джаред заметил во мне перемену, и выражение его лица смягчилось.

— Если ты ответишь на мой вопрос, — тихо промолвил он, — я тебя не ударю.

В общем-то, мне ничего не мешало ответить: его вопрос не имел ничего общего с тайной, которую я обязалась хранить всеми силами.

— Говори, — давил Джаред. В его жестком взгляде сквозили разочарование и глубокая тоска.

Струсила ли я? Хотелось верить, что так и было — что мой страх перед болью взял верх. Но настоящая причина, по которой я заговорила, была гораздо более жалкой.

Мне хотелось сделать ему приятное, несмотря на то, что он так яростно меня ненавидел.

— Ищейка… — начала я. Мой голос охрип и огрубел из-за долгого молчания.

— Знаем, что Ищейка, — нетерпеливо перебил Джаред.

— Нет, не просто Ищейка, — прошептала я. — Моя Ищейка.

— Что ты имеешь в виду, твоя Ищейка?

— Прикрепленная ко мне, преследующая меня. Из-за нее… — У меня чуть не вырвалось слово, означавшее наш смертный приговор. Я почти сказала «мы». Чистейшая правда, которую он принял бы за грязнейшую ложь — за попытку сыграть на его чувствах, нажать на больное место. Он ни за что не поверит, что его сокровенное желание осуществилось, он увидит лишь опасную лгунью, глядящую на него глазами любимой девушки.

— Из-за нее… — не выдержав, напомнил Джаред.

— Из-за нее я сбежала, — выдохнула я. — Из-за нее я пришла сюда. — Не совсем правда, но и не совсем ложь.

Джаред озадаченно уставился на меня, обдумывая услышанное.

Иен снова заглянул в дыру, и его ярко-голубые глаза удивленно раскрылись. На бледных губах алела темная кровь.

— Ты сбежала от Ищейки? Ты, одна из них! — Джаред мучительно пытался взять себя в руки, чтобы возобновить допрос. — Почему она тебя преследует? Что ей надо?

Я сглотнула; звук вышел неестественно громким.

— Ей нужен был ты. Ты и Джейми. Его лицо посуровело.

— И ты пыталась привести ее сюда? — Я покачала головой.

— Я не… я… — Как объяснить? Он никогда не примет правду.

— Что?

— Я… не хотела ей говорить. Мне она не нравилась. — Он растерянно заморгал.

— Разве у вас там не всеобщая любовь?

— В идеале, да, — призналась я, заливаясь краской.

— Кому ты рассказала об этом месте? — спросил из-за плеча Джареда Иен. Джаред нахмурился, но не отвел взгляда с моего лица.

— Никому. Я не могла сказать… Я просто увидела линии, набросок в альбоме. Я срисовала их для Ищеек… но мы не знали, что они означают. Она все еще считает, что это дорожная карта. — Меня как будто прорвало. Я медленно произносила каждое слово, боясь проговориться.

— Как это «не знала, что они означают»? Ты же здесь. — Джаред занес руку для удара, но сдержался.

— Я… У меня были проблемы… с моей… с ее памятью. Я не понимала… До некоторых воспоминаний невозможно было добраться, словно их стеной обнесли. Поэтому мне и назначили Ищейку, дождаться, когда я выужу всю информацию… — Лишнее, лишнее. Я прикусила язык.

Иен и Джаред переглянулись — они никогда не слышали ничего подобного. Мне доверия не было, но им отчаянно хотелось, чтобы мой рассказ оказался правдой. Хотелось слишком сильно, и это их пугало. Джаред колко выкрикнул:

— А воспоминания обо мне, до них ты добралась?

— Долгое время не могла.

— А потом ты все рассказала Ищейке.

— Нет.

— Нет? Почему нет?

— Потому что… к тому времени, как я вспомнила… Мне не хотелось ей говорить.