Читаем Гостья полностью

Я понял, что катер летал к левому берегу не просто так. Сержант решил прихватить в названную мною точку встречи ещё пару наших ребят. И я уже понял – зачем… Нужно было быстро создать относительное численное равновесие. Не то чтобы действительно перестрелка намечалась – так, для подсознательного поддержания авторитета в глазах тех, с кем предстояло общаться. Вот все наши и держали в руках оружие. Не целились ни в кого, конечно – просто демонстрировали силу…

Зеленоватые камуфлированные лётные комбинезоны военных, что выстроились справа чётким каре, отсвечивали в полумраке красивыми форменными нашивками. Я идентифицировал пилота и ещё двух штабных офицеров, все в чине лейтенантов. Старший, что был в чине майора, стоял, сложив на груди руки. Лицо у майора было почти квадратным, но подбородок выглядел скорее треугольным. Мелкие зубки и торчащие уши не портили впечатления – высокий лоб и проницательный взгляд из-под тяжёлых бровей вполне вытягивали образ ответственного начальствующего мужа. Оружие держали в руках только лейтенанты. Дульные воронки на стволах их импульсных карабинов интригующе поблескивали иголочками разрядников.

По центру плотной группой стояли представители общины Рыбаков. Четверо молодых здоровых парней: традиционные рыбацкие патлы, веснушчатые физиономии – даже в полутьме можно угадать. У каждого в руках ухватистый, хорошо наточенный багор. А на поясе – здоровенный нож для рыбы. Формально оружия у них не было, как и полагается гражданским. Возглавлял их мужчина богатырского сложения, на полголовы выше всех своих, лицо скуластое, с высоким лбом. Я его знал. Это был Кер, смотритель общины Рыбаков по всему побережью близ устья Уараты.

Всех Сержант собрал… А я-то даже и думать боялся – удастся ли ему…

Это был миниатюрный портрет внутренних сил нашей колонии. Правда, присутствовала только одна из семи основных общин юго-западного побережья. И не хватало представителей центральных властей колонии – но в последнее время все важные дела местные старались решать без них. И отчасти я сам не так давно приложил к тому руку…

Ясное дело, все собрались в сарае, чтобы скрыть свои дела от непрошеных глаз. По центру группы собравшихся, на мокрых, поведённых от вечной сырости, досках настила лежало тело убитого в предрассветном бою контрабандиста Ахту. Девочка по имени Льета сидела рядом с отчимом, держа его за руку, ни на кого не глядя.

– Сколько ей лет? – спросил смотритель общины Рыбаков.

Он вроде бы ни к кому конкретно не обращался. Но получалось, что отвечать должен я… Ничего, не привыкать…

– Он сказал – скоро будет пятнадцать… – сказал я, кивнув на убитого.

Моя мокрая насквозь одежда остыла на предутреннем холоде, и я начал постукивать зубами. И потому торопился занять место среди своих – мне почему-то казалось, что там сразу станет теплее.

– Как купание? – шепнул мне Стаки. Мне показалось, что он чувствует себя виноватым. Несмотря на то, что это ему заехали в живот, а не мне.

Едва Стаки успел мне украдкой показать замаскированный среди сетей, развешанных на стене, тяжёлый разъём силового волновода, как шеф повернул ко мне голову и окинул внимательным взглядом. Словно оценивал – готов ли я и сейчас, после всего, что было, к работе… К своей нелёгкой работе агента адвослужбы…

– Давай, Космонавт, – вполголоса приказал он мне.

И я понял, что поторопился радоваться насчёт пистолета… Я медлил, собираясь с духом…

– Давай, у тебя получится, – Сержант, повернувшись, легонько толкнул меня в плечо. – Сам же всё затеял…

Эх, ну почему я постоянно в такие дела ввязываюсь?

Я шагнул вперёд, не спеша обошёл тело Ахту и сидящую рядом с ним Льету. Ещё нужно было сделать соответствующее выражение лица… Хорошо, что при таком освещении все тонкости моей мимики не так просто было проследить. Крепко взяв девочку левой рукой за шиворот мокрого балахона, я попытался поставить её на ноги. Но бесполезно, на ногах она не держалась… Тогда я просто толкнул её вперёд, и Льета упала на колени перед группой сохраняющих мрачное молчание рыбаков.

– Льета Ирек Мара, – громко представил я её. – Дочь общины Рыбаков по роду матери.

– Невероятная новость, – недовольно пробормотал смотритель Кер. – Как я понимаю, для нас это честь небольшая…

– А что она сама скажет? – подключился к разговору курчавый парень с курносым носом. Даже в полутьме сарая я заметил, что веснушек у него поболее, чем у соплеменников. Балахон его был тёмно-зелёным, новеньким. Сапоги, хоть и поношенные, хорошо начищены. По меркам общины Рыбаков парень выглядел просто щёголем. Если к этому всему добавить ещё и быстрый взгляд нагловатых глаз, то можно было заключить, что это явно общинный активист… На мою голову… Льета так и стояла перед представителями своей забытой общины на коленях, опустив голову с мокрыми, спутанными волосами. Но вот её подбородок приподнялся…

– Я контрабандистка… – тихо, но твёрдо заявила она.

«Ну вот… Этого мне только не хватало», – мельком подумал я.