— Хорошо, но говорить будешь ты. И говори с Блейком. Не втягивай Ламарр.

— Почему?

— Потому что ее сестра живет уединенно, ты забыла? Так что теперь риск для нее увеличился до одного к восьми. Блейк должен будет отстранить ее от дела.

— Если он согласится с тобой.

— Да куда он денется!

— Возможно, он и согласится. Но Джулию он не отстранит.

— Должен будет.

— Возможно, но он этого не сделает.

Ричер пожал плечами.

— В таком случае можешь не трудиться и ни о чем ему не говорить. Я здесь лишь напрасно трачу время. Ваш Блейк идиот.

— Не говори так. Ты должен нам помогать. Подумай о Джоди.

Снова закрыв глаза, Ричер подумал о Джоди. Он думал о ней долго.

— Пошли ужинать, — наконец сказала Харпер. — А потом я пойду разговаривать с Блейком.

В сорока трех милях к северо-востоку от них мужчина в форме долго смотрел на список. У него на лице было выражение, характерное для человека, который медленно продвигается вперед в решении сложной задачи. Вдруг раздался стук в дверь.

— Подождите, — ответил мужчина.

Положив линейку на стол, он закрыл ручку колпачком и убрал ее в карман. Закрыл список, спрятал его в ящик стола и придавил книгой. Библией в переводе короля Якова, в черном кожаном переплете. Положив на Библию линейку, мужчина задвинул ящик. Достал из кармана ключ и запер его. Убрал ключ в карман, уселся поудобнее и поправил китель.

— Войдите, — окликнул он.

Открылась дверь. Капрал вошел в кабинет и козырнул.

— Господин полковник, машина подана.

— Благодарю вас, капрал, — ответил полковник.

Небо над Квантико оставалось чистым, но вечерняя свежесть стремительно сменялась ночным холодом. С востока, из-за зданий, наползала темнота. Ричер и Харпер быстро шли к столовой, и вслед за ними вдоль дорожки зажигались фонари, словно они своими шагами замыкали контакты. Они поужинали за столиком на двоих в другом конце зала. Затем вышли на улицу и в кромешной темноте вернулись к главному зданию. Поднялись на лифте, и молодая женщина своим ключом отперла дверь.

— Благодарю за совет, — сказала она.

Ричер ничего не ответил.

— И спасибо за наставление в стрельбе.

— Всегда пожалуйста.

— Очень хорошая техника.

— Ее мне показал один старый главный сержант.

Харпер улыбнулась.

— Нет, я имела в виду не технику стрельбы. Технику наставления.

Ричер кивнул, вспоминая прикосновение ее спины к его груди, ее ягодицы, прижатые к его бедрам, ее волосы, запах.

— По-моему, показывать всегда лучше, чем просто объяснять, — сказал он.

— Ничего не могу возразить, — ответила Харпер.

Она закрыла дверь. Ричер услышал, как ее шаги затихли в коридоре.

Глава 14

Он проснулся рано, когда еще не рассвело. Постоял у окна, завернутый в полотенце, уставившись в темноту. Снова похолодало. Ричер побрился и принял душ. Бутылочка шампуня, которую выделило ему Бюро, уже наполовину опустела. Он оделся, стоя рядом с кроватью. Достал из шкафчика плащ и надел его. Заглянул в ванную и убрал зубную щетку во внутренний карман. На случай, если сегодня будет тот самый день.

Усевшись на кровать, Ричер закутался в плащ, спасаясь от холода, и стал ждать Харпер. Но когда ключ повернулся в замочной скважине и дверь распахнулась, за ней стояла не Харпер, а Пултон. Он старался сохранить на своем лице совершенно равнодушное выражение, и в душе у Ричера шевельнулась торжествующая надежда.

— Где Харпер? — спросил он.

— Ее отстранили от дела.

— Она говорила с Блейком?

— Да, вчера вечером.

— И?

Пултон пожал плечами.

— И ничего.

— Вы не придаете никакого значения моей теории?

— Ты здесь не для того, чтобы выдвигать теории.

Ричер кивнул.

— Ну хорошо. Завтрак готов?

Пултон тоже кивнул.

— Естественно.

Поднимающееся на востоке солнце окрасило небо. Облаков не было. Сырости тоже. Ветер утих. Ричер насладился прогулкой в предрассветном полумраке. В лагере снова царило оживление. Утро понедельника, начало новой недели. Блейк сидел на обычном месте, за столиком у окна. Рядом с ним сидела Ламарр. Вместо обычной кремовой на ней была черная блузка. Чуть выцветшая, словно ее неоднократно стирали. На столе находились кофейник, кружки, сливки и сахар и вазочка с пончиками. Но газет не было.

— Я узнал печальную новость, пришедшую из Спокана, — сказал Ричер. — Прими мои соболезнования.

Ламарр молча кивнула.

— Я предложил ей взять небольшой отпуск, — вставил Блейк. — Она имеет полное право.

Ричер посмотрел на него.

— Передо мной можешь не объясняться.

— В разгар жизни мы на пороге смерти, — грустно произнесла Ламарр. — Здесь эту истину постигаешь особенно быстро.

— Ты не поедешь на похороны?

Взяв ложечку, Ламарр уравновесила ее на пальце. Посмотрела на нее.

— Элисон мне не звонила, — сказала она. — Я даже не знаю, когда похороны.

— А ты сама ей не звонила?

Она пожала плечами.

— Мне показалось, этим я вторглась бы в ее горе.

— По-моему, Элисон с тобой не согласилась бы. Ламарр пристально посмотрела на него.

— Но мне просто так показалось.

Наступила тишина. Перевернув чашку, Ричер налил кофе.

— Пора приниматься за работу, — сказал Блейк.

— Моя теория тебе не понравилась? — спросил Ричер.