Полицейский не входит в дом. Ты внимательно следишь за ним. Он остается стоять на крыльце, обескураженный. Затем его охватывает недовольство. Ты видишь это по его движениям. Он что-то говорит, подавшись назад, словно защищаясь, и тут, судя по всему, дверь закрывается у него перед носом, потому что он резко отступает назад. Какое-то время стоит на месте, уставившись перед собой, затем спускается с крыльца, через двадцать секунд после того, как поднялся. Что все это значит?

Полицейский обходит капот своей машины и открывает дверь. Садится на сиденье, но не забирается в салон. Он сидит боком, поставив ноги на землю. Протягивает руку и берет микрофон. Полминуты держит его в руке, задумчиво рассматривая. Затем кладет на место. Полицейский не станет докладывать сержанту: «Сэр, она больше не пускает меня в дом пописать». Итак, что он предпримет? И как это скажется на твоем плане?

До авиабазы Эндрюс они доехали, двигаясь в основном по обочине, выезжая в случае необходимости в правый ряд. Сама база явилась оазисом спокойствия. С прошлого раза почти ничего не изменилось. В воздухе висел вертолет, но он был достаточно далеко, и шум его не был слышен. Трент связался с контрольно-пропускным постом и назвал фамилию Ричера. Это было очевидно, потому что часовой ждал их. Подняв шлагбаум, он предложил поставить машину у здания транспортного отдела морской пехоты и справиться внутри.

Поставив свою крошечную желтую машину рядом с четырьмя «шевроле» защитного цвета, Харпер заглушила двигатель. Догнала Ричера, который уже поднимался на крыльцо. Капрал, бросив на Харпер удивленный взгляд, передал их сержанту. Тот, бросив на Харпер удивленный взгляд, передал их с Ричером капитану. Капитан, бросив на Харпер удивленный взгляд, сказал, что новый транспортный «боинг», совершающий испытательный полет, отправится вместо Сан-Диего в Портленд. Сказал, что самолет может их подбросить. Добавил, что они, скорее всего, будут на борту единственными пассажирами. И наконец сообщил, что вылет через три часа.

— Через три часа? — переспросил Ричер.

— Портленд — гражданский аэропорт, — объяснил капитан. — В нем плотный график посадок и взлетов.

Ричер молчал. Капитан пожал плечами.

— Это все, чего смог добиться полковник.

Глава 28

Капитан проводил Ричера и Харпер в комнату предполетного ожидания на втором этаже. В комнате было только самое необходимое: люминесцентные лампы под потолком, линолеум на полу, пластмассовые стулья, расставленные вокруг низких столиков.

— Особых удобств тут нет, — виноватым тоном произнес капитан. — Но это все, чем мы располагаем. Самому высокому начальству тоже приходится ждать здесь.

Ричер подумал: «Высокому начальству тоже приходится ждать три часа?» Но вслух он ничего не сказал. Лишь поблагодарил капитана и встал у окна, уставившись на взлетно-посадочную полосу. Там не происходило ничего особенного. Харпер подошла было к нему, но затем вернулась и села на стул.

— Скажи же мне, в чем дело?

— Начнем с мотива. У кого есть мотив?

— Не знаем.

— Вернемся к Эми Каллан. Предположим, она была бы единственной жертвой. Кого вы заподозрили бы в первую очередь?

— Ее мужа.

— Почему мужа?

— Если убита жена, всегда надо первым делом приглядеться к мужу, — объяснила Харпер. — Потому что мотив очень часто бывает личным. А самый близкий человек для женщины — ее муж.

— И как вы бы пригляделись к нему?

— Как? Так же, как всегда. Протрясли бы его, протрясли бы его алиби, работали бы до тех пор, пока что-нибудь не всплыло бы.

— И долго он не продержался бы, верно?

— Да, рано или поздно он сломался бы.

Ричер кивнул.

— Хорошо. Теперь давай предположим, что убийца действительно муж Эми Каллан. Как ему избежать вашего пристального внимания?

— Никак.