Читаем Город костей полностью

В игре «лейкеров» с «трейл блейзерами» недавно завершился перерыв, счет был равным. Босх не увлекался баскетболом, но знал он о нем достаточно из постоянных разговоров Эдгара об этом матче и просьбы освободить его от езды по вызовам, так как это была важная встреча с основным соперником лос-анджелесской команды. Босх решил не связываться с Эдгаром по пейджеру, пока не приедет на место и оценит положение дел. Когда в каньоне прием ухудшился, он выключил эфир.

Подъем оказался крутым. Лорел-каньон представляет собой расселину в горах Санта-Моника. Второстепенные дороги ведут к их гребню. Уандерланд-авеню обрывается в глухом месте, где дома ценой в полмиллиона долларов окружены крутыми, густо поросшими лесом склонами. Босх понимал, что искать кости в этом районе будет сущим кошмаром. Он остановился позади патрульной машины, отправленной по указанному адресу, и взглянул на часы. Стрелки показывали четыре часа тридцать восемь минут, и он зафиксировал время на чистой странице служебного блокнота. Подумал, что до наступления темноты осталось меньше часа.

На стук Босха дверь открыла незнакомая ему женщина-полицейский. На именном жетоне было написано: «Брейшер». Она повела его в глубь дома, к кабинету, где ее напарник, знакомый ему Эджвуд, беседовал с седовласым человеком, сидевшим за письменным столом, на котором стояла открытая коробка из-под обуви.

Босх подошел и представился. Седовласый сказал, что он доктор Поль Гийо, врач общей практики. Подавшись вперед, Босх увидел, что в коробке лежит кость, из-за которой здесь все собрались. Темно-коричневая, похожая на шишковатый обломок сплавного леса.

Заметил он и собаку, лежавшую на полу возле кресла доктора. Крупную, желтого окраса.

— Значит, это она и есть, — произнес Босх, глядя в коробку.

— Да, детектив, та самая кость, — промолвил Гийо. — И как видите...

Он потянулся к полке позади стола, снял большой том «Анатомии» Грея и раскрыл его на заранее заложенном месте. Босх обратил внимание, что на руках у хозяина латексные перчатки.

На странице была иллюстрация кости, вид спереди и сзади. В углу — схематическое изображение скелета с выделенными плечевыми костями обеих рук.

— Плечевая кость, — сказал Гийо, постукивая по листу. — А вот это найденный образец.

Он осторожно вынул кость из коробки и, держа ее над страницей, стал проводить сравнение по пунктам.

— Средний надмыщелок, головка суставного конца, большой и малый бугорки. Все на месте. И я говорил вашим коллегам, что узнаю кости даже без этой книги. Кость человеческая, детектив. Вне всяких сомнений.

Босх глянул в лицо Гийо и заметил легкую дрожь, очевидно, первое проявление болезни Паркинсона.

— Доктор, вы на пенсии?

— Да, но это не значит, что не узнаю кости, увидев...

— Я не сомневаюсь в ваших познаниях, доктор Гийо. — Босх попытался улыбнуться. — Вы считаете, что кость человеческая, я вам верю. Дело в другом. Я пытаюсь представить характер здешней местности. Если хотите, можете положить кость обратно.

Гийо убрал ее в коробку.

— Как зовут вашу собаку?

— Бедокурка.

Босх поглядел на нее. Казалось, она крепко спит.

— Когда была щенком, доставляла уйму хлопот.

— Пожалуйста, расскажите еще раз, что произошло сегодня.

— Я повел Бедокурку прогуляться. Обычно, дойдя до круга, я спускаю ее с поводка и позволяю бежать наверх, в лес. Она это любит.

— Какой породы собака? — спросил Босх.

— Желтый Лабрадор, — ответила Брейшер за его спиной.

Босх обернулся и взглянул на нее. Она поняла, что, вмешавшись, совершила оплошность, и отошла к двери, где стоял ее напарник.

— Ребята, если у вас есть другие вызовы, можете ехать, — сказал Босх. — Теперь я сам управлюсь.

Эджвуд кивнул и жестом пригласил Брейшер выйти.

— Спасибо, доктор, — сказал он, поворачиваясь.

— Не за что.

— Ребята, постойте! — вдруг воскликнул Босх.

Эджвуд и Брейшер обернулись.

— Давайте помалкивать об этом, ладно?

— Хорошо, — ответила Брейшер, посмотрела на Босха, и он отвел взгляд.

Когда патрульные вышли, Босх повернулся к доктору и заметил, что дрожание лица усилилось.

— Они тоже мне сначала не верили, — промолвил Гийо.

— Дело в том, что мы получаем много подобных звонков. Но я верю вам, доктор, и, прошу, продолжайте.

— В общем, на кругу я отстегнул поводок. Бедокурка побежала в лес, ей это нравится. Она хорошо выучена. И возвращается, когда я свистну. Беда в том, что я уже не могу громко свистеть. Если она убегает туда, где меня не слышно, то мне приходится ждать.

— А как было сегодня, когда собака нашла кость?

— Я свистнул, но она не вернулась.

— Значит, высоко поднялась.

— Да, совершенно верно. Я ждал. Свистнул еще несколько раз, и в конце концов она вышла из леса возле дома мистера Ульриха. В зубах у нее была кость. Я подумал, что Бедокурка несет палочку, но, когда собака подошла ко мне, увидел кость. Отобрал ее у Бедокурки, осмотрел и позвонил вашим.

Вашим, подумал Босх. Так говорили всегда, словно полицейские были особой породой людей. Синей, облаченной в броню, надежно защищающую от ужасов мира.

— По телефону вы сказали сержанту, что на кости есть перелом.

— Совершенно верно.