Читаем Город греха полностью

Путь Тирамису все еще оставался неясным, но оставалось только ждать, когда вырастет вторая голова мага-людоеда и откроет его сродство. Поэтому, даже если бы он захотел, Ричард не смог бы дать огру много рун. Хотя старые руны все еще можно было модернизировать, было чрезвычайно хлопотно и болезненно удалять их. Культура Фэйлора не была той точкой, где алхимики могли синтезировать необходимые зелья.

Кроме того, было трудно сказать, вызовут ли руны, созданные для людей, какие-либо вредные изменения для Огров. Чем выше класс руны, тем больше спрос на тело носителя. Рунмастеры Норланда тщательно разбирались в анатомии человека за последние несколько тысячелетий, рункрафтинг теперь созрел в профессию. Однако прецедентов с рунами для Огров почти не было. Во-первых, гуманоиды редко использовали руны, но даже воины с нечеловеческой кровью обычно использовали человеческие руны напрямую. Нет рун, которые адаптировались для любого другого вида.

Затем был Деми, который только что присоединился, а также Веннингтон и Веника, которые могли участвовать в будущем.

Ричард понял, что вокруг него и в самом деле слишком много заклинателей. С другой стороны, у него было не так уж много сильных воинов. Однако, если бы он поделился этими проблемами публично, он, вероятно, получил бы строгий выговор.

Воин намного ниже мага или жреца, особенно в Фэйлоре. Даже кто-то с большим статусом, как Одом, будет очень почтительным, обращаясь к заклинателю. Однако именно этот статус делал магов редким зрелищем в армиях, если только речь не шла о войне между королевствами. В этом отношении церкви Фэйлора действительно были впереди: сила боевых жрецов и паладинов определенно делала их более могущественными, чем обычный отряд рыцарей.

Первоначально Ричард имел хорошее представление о боевых жрецах Фэйлора, но все, кого он видел, казались идиотами по сравнению с Ио. Если бы не этот ненавистный парень, а также остальные десять с лишним магов и жрецов, его 10 000 человек не смогли бы так легко победить в три раза большее их число в Треснувшем Каньоне. Однако сила, которую проявили эти орки, заставила его переоценить значение воинов высокого уровня.

Так строилась обученная армия. Ричард уже имел под своим началом приличное количество войск, постепенно повышая их качество. Поскольку гуманоидные дроны пополнялись в больших количествах, он все больше и больше полагался на элитные войска. В определенном масштабе они становились невообразимо могущественными. Возьмем, к примеру, сражение в лагере БлюСквер: гуманоиды оттеснили защитников от южных ворот на север, не замедляя хода.

Том 3. Глава 92

Книга 3, Глава 92

Путь К Власти

Праматерь определенно была ядром его армии. Ричард все больше и больше осознавал, насколько правдивы были слова Ферлин, когда она сказала, что Праматерь - мощное оружие в планарных войнах. Когда она рядом, рано или поздно в его руках окажется бесконечная армия. Почему он позволил ей идти в бой лично? Он уже мог использовать свою армию, чтобы заманить в ловушку вражескую мощь и уничтожить их.

Если он сможет использовать местность, чтобы остановить кого-то вроде Одома от бегства, его заклинатели смогут уничтожить врага, пока гуманоиды будут поглощать их энергию. Когда шквал дальних атак с внешнего круга заглушит врага, Ричард потеряет лишь несколько десятков воинов в обмен на шанс прикончить их на месте. Кроме того, даже если противник выживет после первого залпа, у него все еще есть элитные гуманоиды и свободные лучники с заколдованными арбалетами.

Теперь, когда армия была создана, он должен был думать о собственном командовании. Благословение мудрости и истины было действительно вознаграждением — он еще не встречал никого, кто мог бы сравниться с ним в плане тактического контроля,— но прежде чем его благословение мудрости выровнялось, он был ограничен возможностью тенью и командовать пятьюдесятью целями одновременно. Даже если он воспользуется своим вторым разумом, это добавит максимум пять солдат. Трудности начинали проявляться в его нынешней армии, его точность и контроль над ситуацией ослабевали. Самым идеальным случаем для него была война между примерно 1000 элитами с каждой стороны.

Он был тем, кто использовал тактику волчьей стаи, сначала он проконтролировал масштаб каждой битвы, и только потом мог участвовать в бесконечной серии стычек, чтобы разорвать своих противников по кусочкам. Он не нуждался в численном преимуществе; он мог гарантировать победу в борьбе против двух равных армий.