Читаем Город Атлантов полностью

Он отошёл к столу массивного красного дерева, уселся в большое кожаное кресло, положив ноги в мокасинах с белым орлом на стол. Сбросив пару бронзовых подсвечников, приготовился ждать, когда новичок сделает своё дело.

Тот оглядел сейф, начал прокручивать ручки кодового замка. Раздался подозрительный звук. Открылась небольшая ниша с турелью, которая обрушила проливной огонь по похитителям. Купер, приземистый бугай, один из телохранителей главаря, рухнул вниз всей тяжестью своего тела и затих.

— Твою ж мать! — пробормотал главарь, проворно убрав ноги, спрятался под стол. — Косой, быстро уничтожь эту хрень.

Губастый, молодой человек, у которого глаза смотрели в разные стороны, невнятно пробормотал, в нос:

— Отошли все. Чичас рывать буду.

Главарь, к которому уже вернулось спокойствие и самообладание, гордо прошествовал из кабинета. Все остальные, кроме Косого, последовали за ним.

— Что нашу детку ранило? — кривляясь, поинтересовался Таннер, увидев, как новичок засучил рукав, на котором расплывалось кровавое пятно, достал носовой платок. — Какая жалость, мамочки нет, она бы тебя пожалела, сопли вытерла. Новичок только усмехнулся.

Послышался негромкий хлопок. Из кабинета гордо ухмыляясь, выплыл Косой.

— И усё делов, — изрёк он. — Учитесь, придурки. Эй, ты, как тебя, Хэнк, давай работай. Чего сидишь, салага?

Хэнк вернулся к сейфу, прокрутив ручку, уловил код и отодвинул массивную дверцу. Бандиты, бесцеремонно отпихнув труп Купера, жадно кинулись вытаскивать с полок коробочки с драгоценностями, пачки банкнот.

Удовлетворившись, бандиты вернулись в логово, начали увлечённо делить награбленное добро, периодически возникали перепалки, с воплями и потасовками. Карпентер заметил — новичок вновь не пришёл делить добычу.

В маленькой комнатушке, представлявшей собой импровизированную кухню, Ирэн чистила картошку. Она услышала шорох и обернулась. Увидев новенького, равнодушно вернулась к готовке.

— Помочь? — спросил он тихо.

Она вновь бросила на него взгляд. Этот парень, как только появился в банде, неотступно следовал за ней. Ирэн привыкла к подобному вниманию со стороны мужчин, а новичок ничем не отличался в лучшую сторону от остальных бандитов. Может быть только излишней вежливостью, которая порой раздражала своей навязчивостью. Он не пытался к ней приставать, как остальные, которые лапали её при первой же возможности. Но не сводил с неё печальных, голубых глаз, которые притягивали, как магнит, и контрастировали с остальной, мало симпатичной внешностью.

— Почисти вот, — указала она равнодушно на чисто вымытые картофелины в кожуре в кастрюльке.

Он взял нож, засучил рукава рубашки. Она заметила, какие у него изящные, тонкие запястья, длинные пальцы. «Красивые руки, как у…».

— Тебе нравится здесь? — спросил он.

Она вздрогнула, оторвавшись от своих мыслей.

— Мы ведём борьбу. Против Райзена.

Он криво усмехнулся.

— Борьбу? Это же настоящие бандиты. Людей грабят, убивают. Борьбу.

— А что ты можешь предложить? — в её голосе звучала только злость и раздражение.

Он подошёл к ней, мягко обнял сзади, чуть заметно коснувшись губами шеи. Она брезгливо высвободилась.

— Я так сразу поняла, что тебе нужно. Ходишь за мной, как приведение. Одно только на уме. Затащить в постель. Больше ничего.

Он выдохнул воздух, сжал полные губы, став, похожим на обиженного ребёнка.

— Ирэн, я могу тебе помочь сбежать от этих мерзавцев, — быстро предложил он. — К остальным твоим друзьям. Берте, Доку, Роджеру.

— Что ты несёшь? Они все погибли, — в её голосе звучала досада и отчаянье. — И все из-за этого подонка. Он их предал. Их повесили.

Он покачал отрицательно головой.

— Ирэн, они не погибли. Они все живы. Клянусь.

— В газетах писали, что их всех повесили. Потому что Фолькленд их всех предал. Сдал Райзену. Почему он это сделал? Как он мог!

— Ирэн, бывают такие обстоятельства… Райзен подверг его таким пыткам. Он не выдержал. Пойми.

— Как ты его защищаешь рьяно, — насмешливо протянула она. — А то, что он был на самом деле маньяком-убийцей?! Тебе все равно?

— Это ложь! — возмутился он, голубые глаза мгновенно вспыхнули, как огонь в газовой горелке такой ненавистью и злостью, что она отшатнулась. — Райзен его оклеветал! Роджер знает, как Фолькленд выглядел на самом деле. Ты можешь сама его спросить! Пожалуйста, Ирэн, — добавил он мягче, попытался взять за руку.

Она вырвала её.

— Почему я должна тебе верить? Я же вижу, что ты в меня втюрился. Может быть, просто хочешь увезти куда-то. В свою банду. Вы все одинаковые, — она бросила недочищенную картофелину в воду, и вытерла кончиком рукава глаза.

— Да, я тебя люблю, Ирэн. Я и раньше тебя любил. Я был на премьере «Кармен». У тебя потрясающий голос, пластика. Ты — совершенство. С тобой ни одна певица сравниться не может.

— А кем ты был раньше? Почему не познакомился со мной?

— Ты же была замужем за Эдвардом. Ну, то есть, за Фольклендом.

— Я не всегда была за ним замужем. Я была просто певицей.

Он тяжело вздохнул, ощущая безнадёжность своей попытки.