Читаем Горькие травы Чернобыля полностью

– Наблюдательный какой! – с некоторым напряжением сказал голос Клочкова. – Точно, у нас будешь работать. Кстати, знакомься – мой племянник из Киева приехал.

На мгновение голоса смолкли. Раздался скрип дивана.

– Привет, киевлянин! – прозвучал слегка развязный голос Стасика. – Теперь что, по Крещатику в банных халатах ходят?

Фыссс… Мощная световая вспышка через незакрытую дверь на мгновение ослепила меня. Из гостиной раздался грохот, треск ломающейся мебели, звон разбитого стекла и забористая ругань Клочкова.

Климчук рванулся из комнаты. Я за ним. Картина была редкая. Журнальный столик переломился пополам под неподъёмной тушей Клочкова. На паркетном полу там и сям блестели алмазами хрустальные куски разбитой люстры. Помещение наполнилось запахом едкого дыма, который тоненькой струйкой вился из погасшего телевизора…

На диване с широко открытыми глазами сидел Стасик, немигающим взглядом уставившись на нас. Под расстегнутым банным халатом на Стасе была коричневая школьная форма, белая рубашка и галстук. Стасик обалдело обнимал полураскрытый дипломат, из которого вывалились учебники и мятая пачка сигарет «Стюардесса». Подполковник Клочков, чертыхаясь, выбрался из-под обломков журнального столика и, охая схватился за поясницу.

– Где второй мальчик? – прокашлявшись спросил Клочков.

– Думаю, там же, где и первый! – простонал я сквозь смех. – Два в одном так сказать!

– Ну, ни фига се ёкнуло! – вдруг сказал Стась, не меняя позы и выражения лица.

Клочков с Климчуком подошли к нему. Климчук тревожно потряс парня за плечо:

– Стаська, ты меня узнаёшь? – тревожно спросил Климчук.

Стасик отодвинул от себя дипломат, тряхнул вихрастой головой, провел рукой по глазам.

– Узнаю, дядя Володя! – нормальным голосом сказал он. – И вас, дядя Женя, и вас, дядя Витя. И себя тоже узнаю.

– Чем занимался сегодня? – поинтересовался Клочков.

Стась явно приходил в себя. Он быстро запихал в дипломат учебники, носком отфутболил в угол сигаретную пачку и не без юмора объявил:

– Истекшие сутки были сложными. Встречал гостей из будущего, потом смотрел, как ночь напролет несознательные взрослые личности хлестали иностранную водку, потом встретил своего двойника, потом заработал в школе пару по истории! Потом решил бросить курить.

– Урра! – громовым голосом рявкнул Климчук. – Две несознательные сущности объединились в одну высоконравственную личность!

Стасик шутливо поклонился.

– Вы меня с ума сведёте, мужики, – в сто первый раз заявил Клочков.

Виктор Николаевич подошел к переставшему дымить телевизору. Щелкнул выключателем. Телевизор не реагировал. Клочков покатал носком ботинка осколки вазы на паркете.

– Ну, в таких делах без ущерба не бывает, – философски заметил хозяин квартиры, – главное, что люди не пострадали, а вещи починим.

– И халат постираем! – подхватил Стасик, – а то он шо-то мокрый, как и мои брюки. Но это, наверное, тот, другой обделался с перепугу…

Клочков шумно вздохнул.

В прихожей послышались чьи-то неуверенные шаги.

– Витя, – послышался женский голос, – у тебя дверь открыта! Ты дома? К тебе мой Стаська не заходил?

В комнату вошла миловидная, светловолосая, рано располневшая женщина в домашнем халате. Она медленно, широко открытыми глазами оглядела гостиную, оценивая женским глазом царивший в помещении хаос.

– Я извиняюсь, а шо тут происходит? Стася, ты шо в женском халате сидишь? Сдурел от жары, чи шо?

– Маам! – во всю глотку заорал Стасик, срываясь с дивана.

Он обхватил мать обеими руками и уткнулся носом в её плечо. Женщина растерянно погладила Стася, вопросительно глядя на Клочкова.

– Катерина, это я ему дал халат, – смотря куда-то в сторону, обречённым тоном произнес Клочков. – Це шоб он не замёрз.

Катерина перестала гладить сына и, наклонив вбок голову, взглядом медицинского работника с интересом уставилась на Клочкова.

Мы с Климчуком почли за благо ретироваться на кухню.

– Здоров я, здоров! – донёсся из прихожей сердитый голос Клочкова. – Ты лучше, как опытная медсестра, дай сыну успокоительного! А то вот видишь, энурез у него средь бела дня приключился!

– В отпуск тебе надо ходить, Витя! – недобрым тоном заявила Катерина. – Стася, пошли до дому! Потом твой батька придет с работы да разберётся, шо тут робыться!

Я краем глаза увидел из кухни, как полная Екатерина, протащила двухметрового Стасика через открытую дверь и громко её захлопнула.

Клочков, красный как рак, вошел на кухню, выразительно показал на захлопнувшуюся дверь и театрально воздел руки к небу.

– Какая ажиотажная женщина! – сердито воскликнул Климчук.

Мы не сговариваясь рассмеялись…

…Через час, успокоившись и отсмеявшись, мы помогали Клочкову привести гостиную в божеский вид. Климчук корпел с паяльником у телевизора. Виктор Николаевич стащил с дивана покрывало и бросил его в ванную.

– Жена приедет, пусть стирает, – решил он. – Скажу, диван кот обмочил.

– А он у вас есть? – поинтересовался я.

– Заведём! – буркнул подполковник. – Айда на кухню. Пошамаем, пропустим по стопарику да поговорим про дела наши весёлые.