Она не бросала ему вызов, она просто задавала вопрос, немаловажный вопрос. И очень хотела услышать ответ.

— Потому что мы с тобой связаны, — ответил он. — Только не пытайся убедить меня, будто ты не чувствуешь связи между нами.

Он не стал дожидаться ответа и приник к ее губам. Грейс страстно отозвалась на его поцелуй.

Каким-то образом они оказались на старом диване, и Лютер решительно подмял ее под себя. За то короткое время, что они были знакомы, он уже успел узнать, что именно распаляет ее желание, и пользовался своими знаниями в полной мере. Энергия страсти — светлая и темная — ярко вспыхнула.

Однако связь между ними работала в обоих направлениях. Теперь Грейс знала его не хуже, чем он ее, и с таким же энтузиазмом использовала свои знания.

Он глубоко вошел в нее. Все ее чувства раскрылись и в момент наивысшего наслаждения слились с его чувствами, а затем они оба вознеслись над миром.

Глава 36

Чудовище не выползло из-под кровати, оно появилось из темного коридора. Она услышала, как он отпирает дверь, которую она старательно заперла. Окаменев от охватившей ее паники, она вглядывалась в его внушающую ужас ауру, а он тем временем уверенно шел по комнате.

Ей только что исполнилось четырнадцать. Она всего несколько месяцев жила в приемной семье, но за это время ее инстинкт самосохранения обострился донельзя. Каждую ночь она ложилась спать одетой, так как чувствовала, что рано или поздно Чудовище придет в ее комнату.

Она не могла видеть его в плотном мраке, но его энергетическое поле ярко мерцало всполохами извращенной похоти. Он остановился возле кровати.

— Ты не спишь, солнышко? — ласково спросил он. — Я пришел поцеловать тебя на ночь.

Она не ответила. Она не шевельнулась. Она знала, что не сможет шевельнуться, потому что страх сковал ее тело. Возможно, если она притворится спящей, Чудовище уйдет.

Он сел на край кровати и положил руку ей на ногу. Задрожав, она инстинктивно отпрянула.

— Ага, не спишь, — прошептал он. — Я так и думал. Ты такая аппетитная, малышка. Совсем взрослая. Готов поспорить, у тебя и мальчики уже были, правда? — Он передвинул руку на бедро. — Зато настоящего мужчины не было.

— Пожалуйста, не надо, — с трудом произнесла она сквозь спазм, сдавивший горло.

— Я хочу научить тебя, как доставлять удовольствие мужчине. Я дам тебе несколько уроков, и ты сможешь заполучить любого мужчину, какого захочешь.

— Нет.

— Не переживай, ты создана для этого, с такой-то попкой, как у тебя.

Его рука заскользила выше, устремляясь к ее груди. Она увидела, как по-новому запульсировала его аура, и эта пульсация вызвала у нее тошноту. Она поспешила сесть.

— Нет, — сказала она.

Ей хотелось кричать, но страх мешал ей.

— Прекрати! — рассердился он. — Прекрати немедленно. Так всегда бывает. Сегодня ты это поймешь. Я сделаю из тебя женщину. Поверь мне, в конечном итоге ты будешь благодарна мне.

Ей хотелось убежать, но она чувствовала себя загнанной в ловушку. Ее трясло. Она сопротивлялась, однако он был сильнее. Он заставил ее лечь и откинул простыню и одеяло.

— Ложишься спать в джинсах. — Он хмыкнул. — Уж больно ты нервная, а? Но мы это преодолеем, не волнуйся.

Он начал расстегивать ее джинсы.

Она уперлась руками в его грудь и почувствовала под ладонями грубую, заросшую волосами кожу. Он был одет в ту же грязную майку, что и днем.

— Давай сопротивляйся, — сказал он. — От этого только интереснее.

Он принялся стаскивать с нее джинсы.

— Нет, — повторила она все таким же сдавленным голосом.

Она с ужасом осознавала свою полную беспомощность. У нее нет шансов, физически она слабее. Он слишком большой, слишком сильный, он слишком возбужден. Обезумев от ужаса, она вдруг толкнула его — руками и полностью раскрытой аурой.

Угроза словно послужила спусковым механизмом для ее нового дара, который, быстро развиваясь, замерцал ярче, чем прежде. Она ощутила в себе резкий приток незаметной для глаза энергии. Она не видела окружавший ее ореол — она давно знала, что люди не могут видеть собственную ауру, даже чтецы ауры, — но остро чувствовала свою силу. Действие ее было мгновенным и разрушительным для нападавшего.

Он дернулся, как будто через него пропустили электрический ток. Крик ярости и страха застрял у него в горле. В следующую секунду он повалился на нее и обмяк.

Ее ладони горели от ожога.

— Грейс!

Голос Лютера, пронизанный твердыми и уверенными командными нотками, вырвал ее из сна. Она резко проснулась. Ее била дрожь. Он прижал ее к себе, успокаивая теплом своего тела и лаской рук.

— Прости, — сказала она.

— Все в порядке. — Он погладил ее по спине. — У меня было искушение успокоить твою ауру, но в последний раз, когда я так сделал, ты выразила недовольство.

— Нет. — Она колебалась. — Я бы предпочла иметь дело с кошмарами, а не чувствовать, как кто-то управляет мной.

— Понятно.

Она прижалась к нему. Вскоре дрожь прекратилась, дыхание выровнялось. Она медленно села, спустила ноги с кровати и обхватила себя руками за плечи.

— На тот случай, если ты, Лютер, еще не понял, я сильно исковеркана. Ты уверен, что хочешь связываться со мной?