Читаем Гора Дракона полностью

— Превосходно. У меня возникла небольшая проблема, хм… как правильно сказать? Проблема с архивом. Именно на таких вопросах вы специализируетесь. Я очень хорошо плачу, герр Зальцман. Сто тысяч немецких марок.

Ухмылка стала еще шире.

Скоупс продолжал говорить на своем корявом немецком, описывая проблему. Человек на экране слушал его внимательно, и постепенно улыбка исчезла с его лица.

Позднее, когда экран померк, послышался едва слышный звон, который издало одно из устройств на приставном столике.

Скоупс, по-прежнему сидя на старом диване с клавиатурой на коленях, наклонился вперед и нажал на кнопку.

— Да?

— Ваш ланч готов.

— Очень хорошо.

Вошел Спенсер Фэрли, мягкие тапочки у него на ногах смотрелись нелепо в сочетании со строгим серым костюмом. Он бесшумно прошел по ковру и поставил на дальний край стола пиццу и бутылку с кока-колой.

— Что-нибудь еще, сэр? — спросил вошедший.

— Ты читал сегодня утром «Геральд»?

Секретарь покачал головой.

— Я предпочитаю «Глоуб».

— Да, конечно, — сказал Скоупс. — Тебе бы следовало попробовать «Геральд». Он интереснее, чем «Глоуб».

— Нет, спасибо, — ответил секретарь.

— Она лежит там, — сказал глава «Джин-Дайн», указывая в сторону рояля.

Фэрли подошел к инструменту, взял смятую газету и вернулся.

— Малоприятная желтая пресса, — сказал он, просматривая статью.

Скоупс усмехнулся.

— Вовсе нет. Там все превосходно. Этот спятивший сукин сын поднес нож к собственному горлу. Мне лишь остается слегка подтолкнуть его под локоть.

Он вытащил сложенную распечатку из кармана рубашки.

— Вот мой список благотворительных вкладов на текущую неделю. Он короткий, в нем всего одна строка: миллион долларов для Фонда памяти жертв холокоста.

Секретарь посмотрел на него.

— Для организации Левайна?

— Естественно. Я хочу, чтобы это стало известно, но в спокойной и достойной манере.

— Могу я спросить…

Фэрли приподнял бровь.

— …почему? — закончил за него Скоупс. — Причина предельно проста, Спенсер, старый ты брахман, это достойное дело. И между нами, очень скоро они потеряют своего самого лучшего сборщика средств.

Секретарь кивнул.

— Кроме того, если немного подумать, то становится очевидно, что полезно избавить любимое детище Левайна от его влияния.

— Да, сэр.

— И еще, Фэрли, в моей куртке появилась дыра на локте. Ты не съездишь еще разок со мной за покупками?

На лице слуги промелькнуло выражение крайнего неудовольствия.

— Нет, благодарю вас, сэр, — твердо ответил Фэрли.

Глава «Джин-Дайн» подождал, пока дверь с шипением закроется. Затем отложил в сторону клавиатуру и вытащил из коробки кусок пиццы. Она была почти холодной, как он любил. Он даже прикрыл глаза от удовольствия, когда его зубы коснулись клейкой корочки.

— Auf Wiedersehen,^[59] Чарльз, — пробормотал он.

Карсон вышел из административного здания в пять часов и невольно остановился, удивленный открывшимся видом. Последствия песчаной бури поражали: строения «Маунт-Дрэгон» превратились в темные силуэты, окутанные оранжевой пеленой. Все вокруг замерло в смертельной неподвижности. Ученый осторожно вдохнул. Сухой холодный воздух наполнился вкусом кирпичной пыли. Карсон сделал шаг, и его ботинок на дюйм погрузился в пыль.

В это утро он пришел в лабораторию очень рано, еще до восхода солнца, ему не терпелось получить анализ Х-гриппа-II. Он усердно работал, позабыв о буре, бушевавшей над безмолвными подземными пространствами гриппозного отсека. Через час появилась де Вака. Она совсем немного опередила ураган; Карсон слышал, как ассистентка тихо ругается. Он понял, в чем дело, когда увидел ее грязное лицо через прозрачный визор защитного костюма.

«Наверное, так выглядит поверхность Луны, — подумал он, стоя возле административного здания. — Или конец света».

Когда Карсон жил на ранчо, он не раз был свидетелем песчаных бурь, но такое ему довелось увидеть впервые. Пыль лежала повсюду, покрывала стены и окна белых зданий. Маленькие холмики песка образовались возле каждого шеста и возвышения. Жуткий, сумеречный, однотонный мир.

Карсон зашагал к жилым корпусам; видимость не превышала пятидесяти футов. Затем, после коротких колебаний, он свернул к конюшне. Ему захотелось проверить, как поживает Роско. Карсон знал, что во время таких бурь лошади не выдерживают, начинают носиться по загону, иногда даже ломают ноги.

Животные не пострадали, но их шкуры покрывал слой пыли, и они выглядели раздраженными. Роско приветственно заржал, и Карсон пожалел, что не принес морковки или кусочка сахара. Он быстро оглядел коня и с облегчением отступил на пару шагов.

Со стороны загона до него донесся какой-то шум, приглушенный толстым слоем песка, который покрывал все вокруг. Карсон оглянулся и увидел, что за пеленой пыли движется какая-то тень.

«Боже мой, — подумал он, — там что-то живое. Оно выглядит очень большим».

Тень исчезла, но почти сразу появилась снова. Карсон услышал, как скрипят открывающиеся ворота. Нечто приближалось.