Читаем Гора Дракона полностью

Но и он также потерял равновесие, как только его ноги коснулись земли. Лежа на мягком песке, он с удивлением смотрел на вращающийся мир: горы, лошади, закатное небо. Карсон снова опустил веки.

Неожиданно он почувствовал прохладу. Карсон попытался открыть глаза, но обнаружил, что не может разлепить ресницы. Он поднял руку и приоткрыл веко одного глаза. В ультрафиолетовом небе сияла одинокая звезда. Затем он услышал слабый звук. Он начался с визгливого поскуливания и постепенно набирал высоту. Затем раздалось три или четыре таких же голоса, которые неожиданно перешли в протяжный вой. Такой же вой прозвучал в ответ. Вскоре они слились вместе.

Койоты идут на водопой. Где-то у подножия гор.

Карсон приподнял голову. Рядом неподвижно лежала де Вака. Тусклый звездный свет позволял с трудом различить очертания ее тела.

— Сюзанна?

Она молчала.

Он подполз к ней и коснулся плеча.

— Сюзанна?

«Пожалуйста, ответь. Пожалуйста, не умирай».

Он потряс ее еще раз, на этот раз сильнее. Ее голова дернулась, черные волосы закрыли лицо.

— Помоги, — прохрипела она. — Мне.

Звук ее голоса пробудил остатки дремавших в нем сил. Он обязан найти воду, чтобы спасти ей жизнь. Лошади стояли рядом, поводья лежали на песке. Их тела дрожали как в лихорадке. Карсон схватился за стремя и сел. Бок Роско под его рукой показался ему очень горячим.

Когда Карсон сумел встать, голова у него закружилась, а колени подогнулись. Придя в себя, он обнаружил, что его голова снова лежит на песке.

Нет, идти он не мог. Если ему суждено добраться до воды, нужно ехать верхом.

Он вновь взялся за стремя, поднялся и ухватился другой рукой за луку седла. Нет, ему не хватит сил, чтобы забраться на коня. Он огляделся по сторонам единственным открывшимся глазом и в нескольких ярдах увидел большой камень. Держась за стремя, Карсон подвел лошадь к импровизированной ступеньке и залез на нее. С камня он сумел переползти в седло. Он сидел, прислушиваясь.

Койоты продолжали выть. Он оценил направление и коснулся боков Роско.

Животное сделало неверный шаг и остановилось, широко расставив ноги. Карсон стал шептать в ухо коня, успокаивающе поглаживая его по шее, а потом снова направил вперед.

«Давай, или будь ты проклят».

Лошадь сделала шаг. Споткнулась, восстановила равновесие и шагнула еще раз.

— Быстрее, — прошептал наездник.

Скоро койоты смолкнут.

Роско медленно пошел на звук. Через минуту слева возникла новая стена лавы. Карсон продолжал торопить Роско, когда звуки внезапно стихли.

Койоты почувствовали его присутствие.

Он продолжал направлять коня туда, откуда в последний раз доносился вой. Снова появилась лава. Небо быстро тускнело. Через несколько минут станет совсем темно.

Внезапно он уловил прохладный влажный аромат. Роско приподнял голову, он тоже почувствовал запах воды. Через мгновение ветер унес его в сторону, и ноздри Карсона заполнил жаркий кирпичный дух пустыни.

Слева уходил в бесконечность поток лавы, справа расстилались пески. По мере того как спускалась ночь, на небе появлялись все новые звезды. Тишина стала пронзительной. Не осталось ни малейших указаний на то, где может находиться источник. Они были близко, но этого недостаточно. Карсон почувствовал, что снова начинает терять сознание.

Роско тяжело вздохнул и сделал шаг вперед. Карсон уронил поводья, но ему было уже все равно. Пусть лошадь решает сама. Вновь потянул ветерок и принес мучительно-сладкие ароматы мокрого песка. Конь повернул налево и побрел по лаве. Карсон видел лишь темные очертания скал, вздымающихся к тускнеющему небу. Источника здесь не было, лишь очередной жестокий мираж. Он снова закрыл глаза. Лошадь споткнулась, сделала еще несколько шагов и остановилась.

Словно откуда-то издалека Карсон услышал плеск воды, втягиваемой сквозь закушенные удила. Он отпустил луку седла и почувствовал, что падает, падает вниз. Казалось, полет длился целую вечность, а потом наездник с плеском рухнул в водоем.

Он был глубиной в четыре дюйма. Конечно, это галлюцинация: умирающим от жажды людям часто кажется, что они тонут. Карсон повернулся, и вода заполнила рот. Он закашлялся и проглотил воду. Она оказалась теплой, теплой и чистой. Он сделал еще глоток. И понял, что это наяву.

Ученый катался в воде, пил, смеялся, и барахтался, и снова пил. И по мере того как изумительная теплая жидкость текла ему в горло, он ощущал, как к нему начинают возвращаться силы.

Он заставил себя перестать пить и встал, опираясь на Роско, затем протер глаза рукой, стирая залепившую их слизь. Вытащив из седельной сумки флягу, он наполнил ее. Вернув фляжку на место, он попытался отвести Роско от воды.

Конь отказывался повиноваться. Карсон знал, что, если оставить лошадь в покое, она может пить до тех пор, пока не умрет или не причинит себе серьезный вред. Он ударил Роско и рванул поводья. Удивленный конь поднял голову.

— Это для твоего же блага, — сказал Карсон, уводя раздосадованное животное от воды.