Габриэл вздрогнул. Это прозвучало устрашающе. Но, если это не означает, что он умрет, то он все вытерпит. Только бы не показать, что ему хочется убежать обратно к отцу и спрятаться у обычного родного человека, папы Иоакима.

Но тут Габриэл вспомнил, что сам он происходит из рода Людей Льда. Этим надо гордиться. С самого раннего детства дядя Натаниель втолковывал ему это.

Габриэл выпрямился. Минута слабости прошла.

Они шли в сплошном тумане.

Теперь все живые представители рода Людей Льда двигались в этой необъяснимой, сырой туманной завесе.

2

Какой холодный туман! Словно из него на землю падают кусочки мороза. Нет, ничего такого не происходит, но…

Это не лица там в тумане? Огромные, расплывчатые лица там, вдали, в этой сырой массе? Лица самого тумана, рождаемые движением этого белого вещества? Появляются и исчезают. На смену приходят новые.

Суровые, мрачные лица.

Гравий на дороге больше не хрустит под ногами. Они сошли с дороги?

Нет. Это трава на обочине. И они сейчас идут по ней… Что это за звук? Словно кто-то стучит по твердой как сталь, каменной скале?

Габриэл посмотрел вниз, но сквозь плотный туман он едва ли смог разглядеть свои колени.

А что это там под ногами?

И где он находится? Смогут ли Ульвхедин и Никлас определить правильное направление движения? Здесь же нет никаких ориентиров, только густые клубы тумана, мокрые и холодные, медленно проплывают мимо.

А вдруг они сбились с пути и придут в какое-нибудь ужасное место, созданное больной фантазией?

Он крепко вцепился в мамину руку, чего не делал уже многие годы, считая себя почти взрослым. Двенадцать лет — возраст, к которому следует питать уважение.

Сейчас он шел между матерью и Ульвхедином и держался за их руки. Само собой разумеется, это немного стыдно, но он вынужден следовать законам первобытных инстинктов. Сердце сильно стучало, и он думал, что вот-вот потеряет сознание.

Никлас шел по другую сторону от матери. Эти два духа словно хотели защитить людей от невидимых врагов, скрывающихся неведомо где.

Страшно!

Сейчас он не должен запугивать себя!

И тут он услышал голоса, приглушенные туманом, монотонные.

Криста, это голос Кристы!

И Натаниеля!

Чувство безопасности усилилось. Мать и он были не одни в этом удивительном, устрашающем мире.

Это были они. Надо идти прямо к ним.

— О, слава Богу, — пробормотала мама Карине. Они тихо приветствовали друг друга. Кристу и Натаниеля сопровождали двое мужчин. Одним из них был молодой, приятный юноша с глазами-звездами, излучающими доброту.

— Это Линде-Лу, — сказал Натаниель. — А это Тарье, щедро одаренный Богом, — продолжал он, указывая на другого спутника, молодого мужчину среднего роста с запоминающимся лицом и проницательным взглядом — исключительно доброжелательным.

Теперь все чувствовали себя намного лучше.

Они шли долго.

Бедняга Габриэл замерз.

Туман был страшно холодный.

Наконец он осмелился спросить:

— Где мы находимся?

— Ты переходишь границу, — ответил Ульвхедин глухим, грубым голосом, который, однако, звучал ободряюще. — Мы выходим в совершенно иное пространство.

— Мы уже далеко от дома? — спросила Криста.

— И да и нет. Вы прошли не столь большое расстояние. Однако от дома вы очень далеко. Вы этого места не найдете, если даже обыщете всю землю.

— Я так и думал, — произнес Натаниель.

— А обратно мы найдем дорогу? — поинтересовался Габриэл и подбородок у него задрожал. Он думал о папе, который сейчас крепко спит.

— Конечно, найдете. Завтра рано утром вы будете дома, и никто не успеет вас хватиться. — В тишине раздавались их шаги. Натаниель задумчиво сказал:

— Я полагаю, граница может пролегать вверху по гребню горы над старым Гростенсхольмом. Там, где Хейке вызывал серых людей, а Ванья исчезла вместе с Тамлином. Мы ведь идем по каменному грунту, поэтому…

— Нет, эта дорога только лишь «отверстие», прорубленное самими Людьми Льда. Тот путь страшен, ибо на нем встречается множество нежелательных существ. Этот же совсем иной.

— Ты не можешь сказать, куда мы придем? Ульвхедин улыбнулся.

— Мы и сами точно не знаем. Мне известно, куда мы выйдем, но не более. Нас созывает Ганд. Он сказал, что мы приглашены в место, подходящее как для живых, так и для духов.

— В мраморные залы черных ангелов? — спросила Криста.

— Нет. Мы тоже так полагали, но Ганд утверждает, что из этого ничего не выйдет. На эту встречу в свое жилище нас приглашает кто-то другой, и мы не знаем кто это.

— Звучит захватывающе, — сказал Натаниель. — Но ведь и Ганду мы должны быть благодарны?

— Конечно, — ответил Тарье. — Без него эта встреча была бы невозможна. Любовная связь Саги с Люцифером означала значительное расширение пространства для Людей Льда.

— Да, — согласился Натаниель в задумчивости — Полагаю, что борьба без прихода в наш род крови черных ангелов была бы труднее во много раз.

— Почти безнадежна, — подтвердил Ульвхедин. Вокруг стало немного светлее, немного потеплело.

— Мы идем по полу! — воскликнул Габриэл.

— Нет, не по полу — ответил Никлас. — Это скала, как уже говорил Натаниель.

И в этот момент внезапно они вышли из тумана.