Читаем Гора демонов полностью

Габриэл устроился поудобнее. Перед сидящими в зале стояли маленькие столики, лошадеподобные демоны расхаживали по залу и ставили на них еду. Габриэл осторожно взглянул на свои блюда. Сможет ли он съесть такое? Он читал приключенческие книги, где говорилось об отвратительной тошнотворной пище, которой питались горные гномы. Однако стоявшее перед ним выглядело совсем неплохо, как обычная человеческая пища: различные закуски и чудесное пирожное с огромным количеством крема.

Габриэл подумал: «А не пора ли попробовать все это?»

Но пока еще никто не притронулся к еде, никто не пил из изысканно красивых бокалов, наполненных легким вином или прохладительными напитками.

Поэтому он так же решил немного подождать.

Время здесь в горе как будто остановилось. Точно так же, как описано в хрониках Людей Льда, когда Шира встретила Шаму и он остановил бег времени. Словно они находились между двумя мгновениями, настоящим и будущим.

Удивительно, но именно так и ощущалось.

Видимо, эта ночь заколдована. А может это сон? Ужасно интересный сон! Но ему не хотелось, чтобы так было. Габриэл уже давно был подготовлен к тому, что он избран и является одним из этих пяти. Время от времени все это казалось таким далеким, что не о чем было и беспокоиться. В иные же моменты при одной мысли о своем предназначении у него холодели и увлажнялись руки. Больше всего пугали думы о том, как он выполнит задачу, о которой он ничего не знал.

«Что делать?» — спрашивал тогда он маму. И как ему осуществить то — не знаю что? И почему указали именно на него?

«Из-за твоих ясных глаз, — отвечала мама. — И еще потому, что ты совершенно не способен на обман и относишься ко всему серьезно».

Он много думал над этим.

Все говорили, что он нравом и характером напоминает Хеннинга Линда из рода Людей Льда, хотя внешне совсем не похож на него. Габриэл был маленького роста, с темно-голубыми глазами и темными, торчащими во все стороны, волосами. Лицо с большими глазами было все в веснушках.

«Милый», — говорили девочки в классе. Услышав это, он возмущался. Он был рассеянным мечтателем, который всегда все забывал, будь то домашние задания или школьные учебники. Утром он мог сидеть, углубившись в мысли, с одним носком в руке и забыть надеть его, мог погрузиться в мечты за обеденным столом и забыть поесть, мог начать рассказывать какую-нибудь историю или анекдот и на половине остановиться, так как начинал думать уже о чем-то другом.

Но он был честен и никогда не лгал. Писал в школе интересные сочинения и, как говорила учительница, преуспевал в учебе. Был ответственен и серьезен. Может, поэтому его и избрали?

Вдруг он очнулся от задумчивости. Тогда все было еще в далеком будущем. А сейчас стало действительностью! Сейчас! Этой ночью!

Сердце Габриэла стало биться так сильно, что у него задрожали руки. Нет и речи о том, что он справится с этим! Он же не знает, что ему предстоит делать!

К счастью, внимание его было занято тем, что происходило вокруг.

Тула долго отсутствовала, и Габриэл понял, что она вышла, чтобы встретить новых гостей, ибо в этот момент в зал вошла новая группа. Он взглянул на них краем глаза в полутьме.

Они вошли и расселись на втором ряду с обеих сторон амфитеатра на одном уровне с его матерью и другими. И внезапно Габриэл узнал некоторых из них по фотографиям, развешанным дома на стене.

Это отец деда, доктор Кристоффер Вольден и его мать Малин! Но они ведь умерли очень давно!

Становилось жутковато!

А это старый Хеннинг из Липовой аллеи; его фотографию Габриэл видел часто. Но на фото он выглядит как и Кристоффер Вольден — гораздо старше.

Создается впечатление, что сейчас они все в одном возрасте. Каждому лет по тридцать-сорок.

Смотреть на них было приятно. Может быть, эти люди сейчас в самом расцвете? Хорошо, что умершие представители Людей Льда смогли вернуться в таком возрасте. Сидеть здесь жалкими беспомощными стариками было бы им весьма досадно.

Но как же их много! Многих Габриэл узнать не мог, да и видел их лишь смутно, ибо они стали заполнять уже дальние верхние ряды.

Он понял, что сюда были приглашены лишь урожденные прямые потомки Людей Льда. Поэтому не было жены Кристоффера Вольдена Марит, Сандера Бринка, супруги Хеннинга Линда. Тула снова поднялась на подиум. Она гостеприимно, с достоинством приветствовала жестом вновь пришедших.

— Благодаря тому, что Ганд обещал Хеннингу Линду из рода Людей Льда, а Странник — Ветле Вольдену, мы сейчас видим вместе с нами всех своих родственников, которые уже ушли от нас в небытие. Всех тех, кто хочет принять участие в борьбе против коварного основателя рода. И я говорю всем: добро пожаловать. Встретиться с вами здесь — огромная радость!

В зал вошла женщина, похожая на фею, и Хейке сразу же встал. Какое-то мгновение они стояли крепко обнявшись, а затем она вместе с другими поднялась в верхние ряды амфитеатра.

«Винга Тарк из рода Людей Льда, — подумал Габриэл, знавший хроники рода, как свои пять пальцев. — Они были супругами. Но из них только Хейке был отмечен проклятием.

Так прекрасно, что они встретились снова!»