Читаем Good Again (СИ) полностью

— Да, мы получаем содержание на каждого из детей, о которых заботимся, но его совсем недостаточно. У многих наших воспитанников, пострадавших во время войны, есть особые нужды, задержки в развитии, ведь многие всю свою жизнь недоедали или получили травмы. У нас только-только появился первый в Дистрикте общественный врач, и мы постоянно прибегаем к ее услугам.

И тут как по сигналу в коридоре послышались шаги множества детских ног. Если дети и заметили мое присутствие, то не отреагировали — лишь кое-кто из самых младших любопытно сверкнул глазами. Но и они быстро потеряли интерес и двинулись дальше. Замыкала шествие маленькая девочка на инвалидном кресле, которую я заметила еще в прошлый раз. Вряд ли она была старше десяти лет, и теперь я видела ее лишь в профиль, но заметила, что глаза у нее были светло-коричневыми. Она была такая худенькая, как и почти все приютские дети. Толстая светло-русая коса спадала на хрупкие плечики. Она была из торговцев — и в этой компании, где преобладали смуглые дети Шлака — в явном меньшинстве.

Я еще не успела подумать, а вопрос уже сам собой сорвался с губ:

— Что же с ней случилось?

Миссис Айронвуд погрузилась в задумчивость.

— Когда упали бомбы, она шла с родителями домой. Ее нашли под руинами — ноги ей придавило большой балкой. Она бы погибла, если не планолеты, которые забрали всех в Тринадцатый. Они собрали ее ноги, но, возможно, она все равно больше не сможет ходить.

Я снова почувствовала удушье. Как же я была глупа, что решила, что в силах вынести близость такого количества горя. Закусив губу, я изо всех сил держалась, чтобы не осрамиться и не зарыдать перед этой женщиной. Я отодвинула от себя опустевшую чашку и резко встала, и миссис Айронвуд, соблюдая этикет, встала вслед за мной. По пути домой мне нужно будет как следует поработать над собой, чтобы успокоиться.

— Обязательно держите мясо в холоде до того, как будете его готовить, — выпалила я поспешно. — Из него получится отличное рагу, — сказала я, еще раз оглядев поношенные шторы и обшарпанные стены.

— Спасибо за чай. Покажете мне, где выход? — я уже повернулась в сторону коридора.

— Конечно, — сказала она, и на ее лице отразилось смущение от моего внезапного намерения удалится. Проводив меня до парадной двери, она повернулась ко мне. — Спасибо за вашу щедрость. Это так важно для детей, — она протянула мне руку, и я, едва ее пожав, пулей вылетела наружу, в яркое сияние зимнего дня.

========== Глава 30: Куда приводят мечты (POV Пит) ==========

Ты гордо держала голову,

Ты выстояла в своей битве,

Ты носишь шрамы,

Ты своё выстрадала.

Послушай меня,

Ты слишком долго была одинока.

The Civil Wars Dust to Dust (Прах к праху) **

Я смотрел на то, как Китнисс уходит поохотиться в лес и испытывал невероятную смесь восторга и беспокойства. Восторга оттого, что она наконец очнулась от своего кататонического забытья и даже нашла в себе силы поохотиться. А беспокойство — оттого, что, хотя я и был рад видеть как она возвращается в свою стихию, в лес, но с трудом мог сдержаться и не побежать за нею следом, чтобы снова овладеть ею, хотя я раз за разом проделывал это минувшей ночью. Каждое прикосновение к ее смуглой коже, каждый наш поцелуй, каждый миг, когда она была вокруг меня, а я в ней, служили подтверждением, что она на самом деле вернулась ко мне из своего путешествия по темным уголкам безумия. Каждый раз во время ее приступов парализующей депрессии я до смерти боялся, что она уже никогда не станет снова прежней. Когда она лежала в кровати, раздавленная скорбью, мои собственные кошмары тоже всегда становились сильнее оттого, что я видел ее в подобном состоянии.

Мне уже доводилось влачить такое существование: днем грезить наяву о прошлом и настоящем, а ночью лицезреть в кошмарах, как оживает все то, о чем я вспоминал. Я даже привык к тому, что мои самые ужасные кошмары порой выползают из сна в реальность, но научился обрывать связующую их нить, живя «здесь и сейчас», погружаясь в то, что я делаю: иду в пекарню, замешиваю тесто, ощущаю аромат Китнисс, вернувшейся после обеда с охоты. Это возвращало меня из мира, где страшные грезы неотличимы от реальности и смешиваются с ней. Однако сегодня ничто не в силах было до конца изгнать мрачную тень моих недавних ночных видений.

Мне снилось, что мы снова на арене Квартальной Бойни. Китнисс заманили в джунгли с помощью криков маленькой Прим, и она тщетно пытается выбраться из ловушки с дьявольскими сойками-говорунами, убегая от них со всех ног — своих стройных, быстрых, легких ног. Она бежит ко мне. Сколько раз я становился скалой, за которую она цеплялась, тем человеком, на которого она могла положиться? Сколько раз мне хотелось, чтобы она питала ко мне хотя бы десятую часть тех чувств, что я к ней испытывал? И в этот миг я снова был той скалой, она неслась ко мне со скоростью кометы. И в этот раз я должен был ее поймать.