Читаем Голубая ель полностью

Недавно комбат получил письмо из дому. Отец сообщал, что, несмотря на капризы погоды, совхоз полностью рассчитался с государством по всем видам поставок. Заложена хорошая основа для будущего урожая. Сын ответил на письмо. Поделился своими новостями. 4-я батарея, которой он командует, вышла победителем социалистического соревнования в минувшем году. Приказом по части объявлена отличной. Рядом с казармой на высоком флагштоке затрепетал на степном ветру красный переходящий вымпел.

А еще поделился Владимир с родителями личной радостью: ему разрешили в будущем году поступать в одну из военных академий.

КОМБАТ РЕАКТИВНОЙ. Со времен минувшей войны легендарные «катюши» окутаны ореолом славы. Даже закрытые выгоревшими чехлами, они одним своим появлением в боевых порядках войск вызывали восторг у бойцов. Увидев реактивные установки, пехотинцы расправляли плечи, угрожающе кидали в сторону вражеских позиций: «Сейчас она сыграет вам, голубушка, отходную!»

Уже в сумерках прозвучала команда «Сбор!».

А спустя некоторое время батарея реактивных установок вытянулась в походную колонну.

Сколько раз за минувшее лето, днем и ночью, в зной, в песчаную бурю, приходилось реактивщикам совершать стремительные марши, развертывать установки на незнакомой местности, действовать по внезапным вводным, преодолевать «зараженные» радиоактивными веществами участки… Да разве перечислишь все то, что приходилось воинам делать!

Обо всем этом нам рассказывал командир реактивной батареи, которая была отмечена как лучшая.

Комбат реактивной — Юрий Политов — высокий, крепко сложенный офицер. Даже беглого взгляда на него достаточно, чтобы безошибочно определить — дружит человек со спортом.

Крымский город Феодосия наверняка помнит своего лучшего боксера из юниоров — «юркого Юрку». Уже в старших классах он успешно выступал в составе сборных города, области и республики. Болельщики и тренеры прочили ему не последнюю роль в боксе. Но у Юрия была заветная мечта, которой он поделился с родителями.

— Буду поступать в высшее артиллерийское училище, — заявил он.

— Ну что ж. Выбор неплохой. Одобряю. Глубоко убежден, что для нашего общего дела нужны артиллеристы, нужны и боксеры, — сказал тогда отец, Семен Иванович Политов, бывший офицер-артиллерист, Герой Советского Союза, участник штурма Берлина.

Курсант Политов не только постигал военную науку, но и защищал спортивную честь родного училища. Был отличником учебы, выполнил норму мастера спорта по военному троеборью и кандидата в мастера по боксу, стал чемпионом округа.

Начало офицерской жизни, как и у всех его сверстников, было хотя и трудным, но интересным. Много о нем рассказал политработник капитан Ксенофонтов Владимир Николаевич.

— На последних тактических учениях со стрельбой батарея Политова получила отличную оценку, — говорил он. — Все действовали грамотно, но особенно можно выделить расчет, где командиром комсомолец сержант Василий Исаев. Тут навыки всех номеров отработаны до автоматизма, достигнута полная взаимозаменяемость.

Так, наводчик Жунабек Омаров, хотя и служит первый год, освоил три смежных специальности. Водитель боевой машины рядовой Сергей Андреев, если потребует обстановка, сможет заменить наводчика, заряжающего, радиотелефониста.

В батарее служат грамотные специалисты, мастера своего дела…

— Наши успехи, — продолжает капитан, — определяются еще и тем, что все коммунисты подразделения показывают в учебе и службе пример. Все как один являются отличниками.

Среди передовиков — все офицеры батареи. В этом длинном списке: секретарь комсомольской организации батареи сержант В. Казимиров, старшина батареи старший сержант В. Колбаскин, командиры расчетов боевых машин сержанты В. Исаев и Г. Игошев, ефрейтор М. Груздев, рядовой Ж. Омаров и многие, многие другие.

…Перед отъездом из степного гарнизона мы побывали на ночных учебных стрельбах, которые вели артиллеристы-гаубичники. Незадолго перед открытием огня поднялся сильный буран. Ветер закружил над позицией пыльные смерчи. Песок больно сек лица солдат, забивал дыхание. В трех шагах нельзя было различить подсвеченные электролампочками прицельные приспособления орудий. Несмотря на все это, в строго назначенное время расчеты открыли огонь. Приборы объективного контроля зафиксировали: залпы были поражающими. Ночные стрельбы артиллеристы выполнили с оценкой «отлично».

Надежным щитом в степи за Байкалом стоят на страже завоеваний Великого Октября воины артиллерийских подразделений.


ДВЕ ВСТРЕЧИ В БОЛГАРИИ

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотечка журнала «Советский воин»

Хоккей живет атакой
Хоккей живет атакой

В конце 1980 года закончил выступления в большом спорте выдающийся советский хоккеист заслуженный мастер спорта Борис Михайлов. Более двадцати лет отдано им любимой игре, двенадцать последних лет он выступал в форме сборной команды СССР под неизменным тринадцатым номером. От победы к победе вел советскую хоккейную дружину ее капитан — двукратный олимпийский чемпион, восьмикратный чемпион мира, семикратный чемпион Европы, десятикратный чемпион СССР, обладатель «золотой клюшки» лучшего хоккеиста Европы сезона 1978—1979 годов, победитель многих международных и всесоюзных турниров, лучший бомбардир нашего хоккея за всю его историю.Б. Михайлов перешел на тренерскую работу и в настоящее время является старшим тренером хоккейной команды спортивного клуба армии ордена Ленина Ленинградского военного округа.Предлагаем вниманию читателей воспоминания прославленного советского спортсмена, кавалера орденов Ленина, Трудового Красного Знамени и «Знак Почета», коммуниста майора БОРИСА ПЕТРОВИЧА МИХАЙЛОВА.Литературная запись: С. Дворецкого и Г. Пожидаева

Борис Петрович Михайлов

Биографии и Мемуары / Боевые искусства, спорт
Месть Посейдона
Месть Посейдона

КРАТКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА.Первая часть экологического детектива вышла в середине 80-х на литовском и русском языках в очень состоятельном, по тем временам, еженедельнике «Моряк Литвы». Но тут же была запрещена цензором. Слово «экология» в те времена было ругательством. Читатели приходили в редакцию с шампанским и слезно молили дать прочитать продолжение. Редактору еженедельника Эдуарду Вецкусу пришлось приложить немало сил, в том числе и обратиться в ЦК Литвы, чтобы продолжить публикацию. В результате, за время публикации повести, тираж еженедельника вырос в несколько раз, а уборщица, на сданные бутылки из-под шампанского, купила себе новую машину (шутка).К началу 90х годов повесть была выпущена на основных языках мира (английском, французском, португальском, испанском…) и тираж ее, по самым скромным подсчетам, достиг несколько сотен тысяч (некоторые говорят, что более миллиона) экземпляров. Причем, на русском, меньше чем на литовском, английском и португальском…

Геннадий Григорьевич Гацура , Геннадий Гацура

Фантастика / Детективная фантастика

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза