Читаем Голоса лета полностью

— Ну что, никто еще не проснулся? — обратился он к ним.

Мэй открыла окно.

— Я проснулась, — сообщила она ему.

Он остановился, поднял голову.

— Доброе утро, Мэй.

— Вы что это разболтались там с утра пораньше? — спросила Мэй.

— Мэй, будь другом, сходи посмотри, мама уже встала? Прямо сейчас. Мне нужно увидеться с ней перед тем, как я уеду на работу.

— Подожди, оденусь только.

— Нет времени. Иди так. Ты в своем халате неотразима.

Мэй вознегодовала.

— Бесстыдник.

Но она закрыла окно, вернулась в комнату, нашла тапочки, надела их и вышла в коридор. У спальни Джеральда и Евы она остановилась, прислушиваясь. Они разговаривали. Она постучала.

Ева в накинутой на плечи шали сидела на своей половине большой мягкой кровати и пила чай. Джеральд, уже полностью одетый, сидел на краю ее шезлонга и завязывал шнурки на туфлях. Обрадованная тем, что хорошая погода держится, Ева пыталась склонить мужа устроить завтра пикник.

— Можно съездить в Гвенвоу, погулять вдоль скал. Сто лет там не была. И народу не будет, никто не станет бросаться в тебя песком. Пообещай, что поедешь. По-моему, нам всем нужно выбраться из дома…

Стук в дверь. Ева мгновенно насторожилась. После того злополучного письма ее постоянно мучили дурные предчувствия, а уж когда в комнату заглянула Мэй…

— Мэй, это ты?

— Ивэн хочет тебя видеть. Он во дворе.

— Ивэн? Что случилось? В чем дело?

— Да, по-моему, ни в чем. Просто сказал, что хочет поговорить с тобой до отъезда на фабрику. Друзилла там тоже, и еще одна девушка… Наверно, подруга Друзиллы. С крашеными волосами.

— Господи помилуй, — произнесла Ева.

— Ивэн просил, чтобы ты вышла.

— Спасибо, Мэй. Сейчас.

Дверь затворилась.

— Джеральд, с чего бы мне идти и смотреть на Ивэна и девушку с крашеными волосами?

— Да не волнуйся ты так. Хотя интересно. Я тоже с тобой пойду.

— Я все время жду, что произойдет нечто ужасное.

— Ну и зря.

Ева откинула одеяла, встала с кровати, сбросила шаль. Джеральд поднялся с шезлонга, помог ей надеть голубой стеганый халат.

— Как ты думаешь, к кому пришла эта девушка с крашеными волосами: к Друзилле или к Ивэну? — спросил он.

Ева невольно улыбнулась.

— Что за глупости лезут тебе в голову!

— Знаешь, Тременхир был унылым местом, пока я не женился на тебе. Надеюсь, это не очередная бедная овечка.

— Бедная овечка с крашеными волосами?

— У меня не очень богатое воображение, — сказал Джеральд.

Они вместе спустились по черной лестнице на кухню. Стол к завтраку был накрыт на трех человек. Поднос с завтраком для Лоры стоял на кухонном столе. Джеральд отпер дверь, ведущую во двор, распахнул ее.

— Мы уж думали, вы вообще не появитесь, — сказал им Ивэн.

— А что за пожар? — спросил Джеральд.

Ева смотрела через его плечо. Подруга Друзиллы. Она сидела на пороге ее домика, но, увидев Джеральда с Евой, встала и направилась к ним. Высокая, стройная, длинноногая. Лицо смуглое, волосы цвета соломы. Ева успела заметить, что у нее поразительно красивые серые глаза.

Друзилла с малышом наблюдали за ними с порога своего домика.

— Знаете, кто это? — спросил Ивэн.

Вообще-то, обычно идиотских вопросов он не задавал. Откуда им с Джеральдом знать, кто эта девушка? Ева покачала головой.

— Это Габриэла, — доложил Ивэн.

Люси приболела. Ночью она разбудила Лору — стоя на задних лапах у кровати, скребла когтями по простыне и жалобно скулила. Лора снесла ее вниз, отперла входную дверь, вынесла Люси в сад, где ее тотчас же стошнило. Когда они вернулись в свою комнату, Люси вылакала всю воду из миски и снова забралась в свою корзину, зарывшись под одеяло.

Утром, когда Лора проснулась, Люси все еще лежала в своей корзине, из которой виднелась лишь ее мордочка. Ее темные глаза были полны упрека, шелковые уши обвисли.

— Как твое самочувствие? — спросила питомицу Лора, но Люси даже не встрепенулась при звуке ее голоса. Потом вздохнула, положила мордочку на край корзины. Вид у нее был несчастный.

Наверно, съела что-нибудь не то, рассудила Лора. Она ведь обожает копаться в мусоре, даром что милашка. Может, нашла груду компоста или тухлую кость. Пожалуй, надо показать ее ветеринару.

Лора глянула на часы. Почти девять. И утро чудесное. Грешно так долго разлеживаться. Правда, Ева запретила ей появляться внизу до тех пор, пока она не позавтракает в постели. А завтрак Ева сама приносила ей на подносе. Лора уже полностью оправилась после операции и была бы рада завтракать со всеми вместе на кухне, да и Еве не пришлось бы лишний раз бегать по лестнице, но той нравилось опекать ее, и со стороны Лоры было бы бестактно не принимать ее заботу с благодарностью.