Читаем Голос ветра полностью

Для жреческих версий, созданных на Таити и Раротонге, несущественны те части цикла, где Мауи выступает в качестве хитреца, трикстера. Однако большая часть сказаний рисует Мауи как бунтующего юнца, несогласного с окружающим, бросающего вызов социальным и религиозным традициям. Видимо, большинство полинезийцев предпочитают именно такую интерпретацию Мауи. Создавая образ, лишенный конформизма, попирающий все табу, и повествователи, и их слушатели, живущие в строго организованном, упорядоченном полинезийском обществе, испытывают удовлетворение от того, что отождествляют себя со своим героем (так называемый принцип замещения). Что не находит выхода в жизни, может быть выражено в комической сказке. Ведь не случится же ничего плохого оттого, что рассказывается о проделках Мауи, который жил давным-давно, когда мир был совсем иным. Да к тому же в конце концов он умер.

Определенная Мауи судьба делает рассказы о нем еще более социально приемлемыми: ведь бунтовщик наказан за его непримиримое поведение. Да и что в конце концов может случиться с обществом или с миром, если даже какой-нибудь сверхчеловек, подобный Мауи, стал бы делать, что ему заблагорассудится? Предположим, каждый уродливый мужчина, как Мауи, заставил бы свою хорошенькую жену обменяться с ним лицами, сказав ей, что теперь она сможет победить любого мужа. Хорошенькое лицо ей ни к чему, а вот лицо Мауи, обожженное богиней огня, придаст ей более представительный вид. Мауи бунтовал в большом и малом, против всего, что его не устраивало, против порядков в обществе и в мире. Он был предателем своего класса в аристократическом обществе, был индивидуалистом, попиравшим законы природы и общества, он неправильно употреблял свои сверхъестественные, но разрушительные способности с намерением переделать мир соответственно собственным прихотям и доказать свое превосходство.

Были три основные причины того, что все проделки Мауи приводили к конфликтам. Первая — это та, что в полинезийской истории он застал период первооткрытий. Начальный взрыв энергии, заключившийся сотворением мира, уже миновал, и боги отдыхали, хотя звезды еще находились в полном беспорядке, солнце носилось по небу по неустойчивой орбите, а небеса нависали низко над землей, задевая высокую траву и вершины кустов. Обитатели земли, которых лишь одно поколение отделяло от создавших их богов, покорно принимали эти условия. Кто кроме Мауи мог себе представить, что они могут быть иными? И, подобно всем пионерам-первооткрывателям, Мауи должен был замахнуться почти на все сущее, чтобы добиться успеха. Частично поэтому он не мог позволить себе честной борьбы, он извлекал пользу из своего родства с богами и дурачил их.

Вторая причина — это природа Мауи. Он был полубогом-получеловеком — не вполне человеком, но и не вполне богом. Всю жизнь он разрывался между двумя своими натурами. Заботливо воспитав Мауи, его приемные родители-боги укрепили его божественную часть и увеличили ману. Но будучи частично человеком и еще только подростком, когда он сделал выбор, Мауи захотел соединиться со своей матерью и братьями на земле и покинул богов, чтобы разделить свою судьбу с жителями земли. Но и среди людей он оказался чужаком. Они относились к нему подозрительно, его поведение их пугало. Поступки Мауи можно было бы рассматривать как поступки полубожественного существа, завершающего устройство мира и несущего благодеяния человечеству. Но большинство полинезийцев обращают мало внимания на практические результаты его приключений, проявляя больше интереса к подробностям его сражений и магических состязаний с богами.