Читаем Голос сердца полностью

Фелисити. Чем бы ее мать помогла ей в ее теперешнем состоянии ума? Не в первый раз Мадди почувствовала тоску, что у нее не та мать, которой можно было бы довериться. О, если бы Мадди могла позвонить маме, попросить, чтобы она приехала и помогла разобраться с этими ее непонятными чувствами! Она нуждалась в материнском совете. Она хотела тепла, участия, утешения, материнской понимающей улыбки.

Вряд ли она получила бы все это от утонченной Фелисити, даже если бы и разыскала ее. И даже если бы доверилась ей, Фелисити, в чем не приходилось сомневаться, только криво улыбнулась бы и посоветовала не воспринимать все слишком серьезно. Она посоветовала бы отвести Майклу скромное местечко в ее жизни, а если бы он стал излишне обременительным, то — расстаться с ним, разругавшись, и пойти купить новое платье. Для Фелисити любовь была вещью, не связанной с неудобствами, затруднениями. Фелисити, безусловно, никогда не позволяла себе в своих личных отношениях заходить слишком далеко — она не терпела помех в работе. Мадди вспомнила, что последней открыткой, полученной ею от Фелисити, была как раз та, которую прочел, Майкл.

— Ну вот, мама, мне не придется лететь с тобой в Грецию, чтобы найти мужчину своей мечты. Он сам переступил порог моего дома. Я надеюсь, ты удовлетворена.

Мадди погрузилась глубже в горячую воду, подтянув колени к груди и взбивая пальцами ног пену. Ароматный мыльный жар возбуждал. Мадди закрыла глаза, оставив подбородок на мокрых коленях. Ох, если бы она могла воспользоваться советом, который непременно дала бы Фелисити. Если бы могла отнестись с большей отстраненностью, беззаботностью к тому, что произошло между ней и Майклом. Она злилась на себя, что полюбила его так быстро и так страстно.

Ей следует быть очень осторожной, скрывать свои чувства под маской. Майкл никогда не должен о них узнать. Только бы глаза не выдали ее… Ей надо быть смелой девушкой с такими же взглядами на жизнь и любовь, как у Майкла. Это именно то, что так привлекало его в ней. Она ему не опасна. Она не ждет, затаив дыхания, случая заманить его в ловушку.

Что такого особенного произошло с ней? Они раз — нет, два раза, поправилась она, — занимались любовью, и ей уже кажется, что она хочет за него замуж!

Она насторожилась. Кто это говорит о браке? Мадди оглядела ванную комнату, абсурдно полагая, что какой-то невидимка услышал ее мысли. И может уличить ее в них.

Потом страх ее рассеялся, и она почувствовала облегчение. Ерунда. Она просто позволила себе немного помечтать о Майкле. Это пустые фантазии… далекие от реальности. Она не привыкла к ним — только и всего. Ей не следует на них задерживаться. И она убеждала себя, что они у нее под контролем. Они были ее тайной. Слава Богу, что она ничего не сказала Майклу о своей любви к нему. Все-таки она вела себя очень разумно. Не из-за чего теперь чувствовать себя неловко. Не о чем расстраиваться. Ей ничего не угрожало. У нее сохранялась уверенность, что она заключит контракт по выпуску своей продукции на эксклюзивной линии Барретта. Уверенность ее даже возросла. В конце концов, Майкл захватил с собой ее новый увлажняющий гель.

Она вышла из ванны, поклявшись выбросить Майкла из головы. Конечно, не успев дать обещания, она уже думала о нем, на этот раз она видела его в окружении его семьи и родственников. Сегодня вторник, напомнила она себе, вечером — обед в одном из местных ресторанов, для иногородних родственников, приехавших на свадьбу.

При мысли об этом шумном веселом приеме Мадди почувствовала неожиданный приступ одиночества, и ей пришлось зажмурить глаза, чтобы сдержать поток слез. Ее чувства разозлили ее. Пока не появился Майкл, она не переживала по поводу своего одиночества. Пока не появился Майкл, ее не обуревали фантазии о браке, даже не возникало желания иметь малыша. Как посмел он, злилась она, войти в ее жизнь и внести такую сумятицу?

Злость придала ей сил. Мадди продолжала злиться, ложась в кровать. Было только начало десятого, но Мадди уже предвкушала, как она крепко заснет. Вопреки всем классическим признакам Лиз! Мадди выключила свет, натянула на голову одеяло и закрыла глаза.

Спустя десять минут она отбросила одеяло. Антибиотик Тимми. Черт побери, она забыла дать последний раз…

На цыпочках она вошла в гостевую спальню. Тимми крепко спал. И что теперь? Разбудить его и дать лекарство? Пропустить его вечернюю дозу и дать ему утром двойную? Наверное, слишком поздно, чтобы звонить миссис Джонстон — просить у нее совета? А как бы поступил Майкл? Ох, я ничего не соображаю. Не гожусь я на эту роль.

Звук дверного звонка испугал ее и разбудил Тимми. Он начал плакать. Мадди, сдерживая слезы, взяла Тимми и пошла к двери.

Сердце у нее чуть не выпрыгнуло из груди, когда она посмотрела в глазок, а потом открыла дверь.

— Майкл.

Увидев ее покрасневшие глаза и залитое слезами личико Тимми, Майкл вскинул брови.

— Мадди, что такое?..

Она улыбалась и при этом шмыгала носом.

— Я забыла дать Тимми его последнюю дозу лекарства. Он уснул, и я не знала, разбудить его или нет…

Нежная улыбка тронула губы Майкла.