Читаем Голос отца полностью

Яков выхватывает лопату из рук служащего и бросает ее в сторону.

Служащий. Не трожь мой инвентарь. Ответишь!

Он вынимает из бокового наружного кармана свисток – и свистит в него, вращаясь во все стороны. Тогда Яков берет этого человека поперек – и кидает его вон через железную ограду вместе со свистком, не перестающим свистеть. Исчезнув со сцены, человек со свистком свистит еще некоторое время, потом умолкает.

Яков один.

Яков(в землю). Отец!

Молчание.

Я буду жить один – ради вас всех, мертвых.

В земле – молчание.

Проходит милиционер.

Милиционер. Кто здесь сигналы подавал?

Яков(в сторону исчезнувшего служащего). Вон тот человек. Он здесь сначала могилы хотел сравнять с землей, а потом в свисток засвистел.

Милиционер уходит в сторону, затем возвращается обратно со служащим.

Милиционер(к служащему). Это вы тут памятники валяли навзничь?

Служащий. Это мы. Это мы ради культуры, товарищ начальник, мы сперва разбираем все негодное, собираем сырье, а затем уж строим.

Милиционер. Вон как. А это не вы в пригородном районе кузницу сломали, а из кузницы баню построили? А потом увидели, что кузница тоже нужна, тогда разобрали баню и опять построили кузницу? И так разбирали и строили – то баню, то кузницу, – пока весь материал у вас не истратился в промежутках, и тогда бросили строить – не из чего стало. Это вы были, ваша организация?

Служащий. Все может быть, товарищ начальник: это мы. Мы любим строить красоту и пользу из утиля!

Яков(к служащему). Кто вы такой – дурак или вредитель?

Служащий. Дураков нету, товарищ родственник покойного, – есть пережитки сознания капиталистического периода в головах отдельных частных граждан, а это не вредительство. Это не считается. Не сметь клеветать на меня! А то ответишь. Вы сами ударили меня недавно моим больным телом о землю.

Милиционер. Свидетелей не было, доказать нельзя… Кто вам поручил разрушать кладбище?

Служащий. Не разрушать, а постепенно, исподволь подготавливать его территорию на предмет будущей утилизации под парк культуры, искусств и отдыха, где бы люди, отдыхая, приобретали себе неутомимость.

Милиционер. Кто вас заставил это делать? Ваше учреждение?

Служащий. Отнюдь нет, товарищ начальник…

Милиционер. Я не начальник…

Служащий. Я вижу по вашим способностям, что вы не простой милиционер, – нечего вводить меня в кажущееся заблуждение. Стыдно, товарищ милиционер… Я сейчас временно нигде не служу и директив не получаю, – я вроде как в отпуске, но я сорганизовал местную общественность своего треста – с целью проявить инициативу, так как я не устал. И наша общественность поручила мне озаботиться обследованием кладбища, а также нежилых оврагов и пустошей – для вышеуказанной цели….

Милиционер. Сколько у вас общественности?

Служащий. Инициативной общественности по данному вопросу нас двое, а я из них самый первый. Мы постановили между собой украсить наш город.

Милиционер. Хорошо. Завтра вы посадите живые цветы на этих могилах своими силами и за свой счет. А сейчас – подымите все памятники, которые вы повалили, и оправьте могилы, которые вы топтали.

Служащий(с полным, мгновенным усердием). Есть, товарищ начальник! Сейчас же все будет сделано в самые сокращенные сроки!.. Я полагаю теперь, что здесь навсегда должно остаться кладбище, а парк культуры и отдыха мы запланируем на пустоши.

Служащий с яростной работоспособностью принимается за восстановление повергнутых им памятников.

Яков(милиционеру). Отправьте его куда-нибудь на пустошь навсегда.

Милиционер. Ого! А после него и пустоши не будет!..

Яков. Ну, в тюрьму!

Милиционер. Тоже не годится. После него тюрьму придется ремонтировать.

Яков. А куда ж его?

Милиционер. Сам износится в своей суете. Чадом изойдет и исчезнет. Ведь не каждый гражданин бывает человеком, товарищ. До свиданья!